Cлово "ОКАЗАТЬ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ОКАЗАЛ, ОКАЗАЛО, ОКАЗАЛА, ОКАЗАЛИ

1. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава вторая
Входимость: 11.
2. Жизнь Арсеньева
Входимость: 11.
3. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 9.
4. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава третья
Входимость: 9.
5. Лазарев Владимир: Синие камни (поездка в Ефремов)
Входимость: 8.
6. Грин Милица: Письма М. А. Алданова к И. А. и В. Н. Буниным
Входимость: 8.
7. Дневники Бунина (1940)
Входимость: 8.
8. Воспоминания Бунина (страница 4)
Входимость: 8.
9. Устами Буниных. 1940 г.
Входимость: 8.
10. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 7.
11. Воспоминания Бунина (страница 6)
Входимость: 7.
12. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава шестая
Входимость: 7.
13. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 2)
Входимость: 7.
14. Воспоминания Бунина (страница 5)
Входимость: 7.
15. Автобиографические заметки
Входимость: 7.
16. «Третий Толстой»
Входимость: 7.
17. Воспоминания Бунина (страница 3)
Входимость: 7.
18. Воспоминания Бунина
Входимость: 7.
19. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина
Входимость: 6.
20. Дело корнета Елагина
Входимость: 6.
21. Адамович Георгий: Бунин. Воспоминания
Входимость: 6.
22. Гегель, фрак, метель
Входимость: 6.
23. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 7)
Входимость: 6.
24. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава первая
Входимость: 6.
25. Шулятиков В. М.: Этапы новейшей русской лирики
Входимость: 5.
26. Ермил
Входимость: 5.
27. Михайлов О. Н.: Страстное слово
Входимость: 5.
28. Натали
Входимость: 5.
29. Эртель
Входимость: 5.
30. История с чемоданом
Входимость: 5.
31. Дневники Бунина (1941)
Входимость: 4.
32. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава IV
Входимость: 4.
33. Записки Д.С.Шора о путешествии в Палестину с Буниными
Входимость: 4.
34. Под серпом и молотом
Входимость: 4.
35. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 4.
36. Устами Буниных. 1941 г.
Входимость: 4.
37. Из "Великого дурмана"
Входимость: 4.
38. Катаев В.: Живительная сила памяти. "Антоновские яблоки" И. Бунина
Входимость: 4.
39. Дневники Бунина (1881-1953)
Входимость: 4.
40. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 9)
Входимость: 4.
41. Из записей ("Рассказ моего гувернера о Гоголе... ")
Входимость: 4.
42. Ходасевич В. Ф.: О Бунине
Входимость: 3.
43. Галина Кузнецова. Грасский дневник
Входимость: 3.
44. Михайлова М. В.: "Господин из Сан-Франциско" - судьба мира и цивилизации
Входимость: 3.
45. Записная книжка (о современниках, о Горьком)
Входимость: 3.
46. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 6)
Входимость: 3.
47. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава четвертая
Входимость: 3.
48. Суходол
Входимость: 3.
49. Устами Буниных. 1920 г.
Входимость: 3.
50. Ночной разговор
Входимость: 3.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава вторая
Входимость: 11. Размер: 69кб.
Часть текста: в детстве и в раннем отрочестве, когда все события, если и не стираются, то уходят куда-то под спуд, он переживал с необыкновенной остротой и болью и долго после не мог прийти в себя. В начале юности он переживал это уже несколько иначе. Алексей Иванович ему нравился и своей удалью, и красотой цыганского типа, и очень приятным голосом, и тем родственным чувством, с каким он относился ко всей его семье. Бывал он с ним и на охоте, когда Алексей Иванович был очарователен в своей несколько дикой красоте и отваге. Бунин выводит его в рассказе "Антоновские яблоки" - в лице Арсения Семеновича Клементьева. "... А на дворе трубит рог и завывают на разные голоса собаки. Черный борзой, любимец Арсения Семеновича, пользуясь суматохой, взлезает среди гостей на стол и начинает пожирать остатки зайца под соусом. Но вдруг он испускает страшный визг, опрокидывает тарелки и рюмки, срывается со стола: Арсений Семенович стоит и смеется. - Жалко, что промахнулся! - говорит он, играя глазами. Он высок ростом, худощав, но широкоплеч и строен, а лицом красавец-цыган. Глаза у него блестят дико, он очень ловок, в шелковой малиновой рубахе, в бархатных шароварах и длинных сапогах. Напугав и собаку, и гостей выстрелом, он декламирует баритоном: - Пора, пора седлать проворного донца И звонкий рог за плечи перекинуть! -- и громко говорит: - Ну, однако, нечего терять золотое время! ("Антоновские яблоки"). И вот этот жизнерадостный человек лежит на столе. "В том самом зале, где две недели тому назад он стоял и улыбался на пороге, щурясь от вечернего солнца и своей папиросы. Он лежал с закрытыми глазами, - до сих пор вижу их лиловато смуглую выпуклость, с великолепно расчесанными еще мокрыми смольными волосами и такой же бородой..." ("Жизнь Арсеньева"). Сначала Ваня тупо смотрел на покойника,...
2. Жизнь Арсеньева
Входимость: 11. Размер: 103кб.
Часть текста: Если бы не сказали, я бы теперь и понятия не имел о своем возрасте, - тем более, что я еще совсем не ощущаю его бремени, - и, значит, был бы избавлен от мысли, что мне будто бы полагается лет через десять или двадцать умереть. А родись я и живи на необитаемом острове, я бы даже и о самом существовании смерти не подозревал. "Вот было бы счастье !" - хочется прибавить мне. Но кто знает? Может быть, великое несчастье. Да и правда ли, что не подозревал бы? Не рождаемся ли мы с чувством смерти? А если нет, если бы не подозревал, любил ли бы я жизнь так, как люблю и любил? О роде Арсеньевых, о его происхождении мне почти ничего не известно. Что мы вообще знаем! Я знаю только то, что в Гербовнике род наш отнесен к тем, "происхождение коих теряется во мраке времен". Знаю, что род наш "знатный, хотя и захудалый" и что я всю жизнь чувствовал эту знатность, гордясь и радуясь, что я не из тех, у кого нет ни рода, ни племени. В Духов день призывает Церковь за литургией "сотворить память всем от века умершим". Она возносит в этот день прекрасную и полную глубокого смысла молитву: - Вси рабы Твоя, Боже, упокой во дворех Твоих и в недрех Авраама, - от Адама даже до днесь послужившая Тебе чисто отцы и братiи наши, други и сродники! Разве случайно сказано здесь о служении? И разве не радость чувствовать свою связь, соучастие "с отцы и братiи наши, други и сродники", некогда совершавшими это служение? Исповедовали наши древнейшие пращуры учение "о чистом, непрерывном пути Отца всякой жизни", переходящего от смертных родителей к смертным чадам их - жизнью бессмертной, "непрерывной", веру в то, что это волей Агни заповедано блюсти чистоту, непрерывность крови, породы, дабы не был...
3. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 9. Размер: 204кб.
Часть текста: скитаний были последними днями моего юношеского иночества. В первый день в Орле я проснулся еще тем, каким был в пути, - одиноким, свободным, спокойным, чужим гостинице, городу, - ив необычный для города час: едва стало светать. Но на другой уже поздней - как все. Заботливо одевался, гляделся в зеркало... Вчера, в редакции, я уже со смущением чувствовал свой цыганский загар, обветренную худобу лица, запущенные волосы. Нужно было привести себя в приличный вид, благо обстоятельства мои вчера неожиданно улучшились: я получил предложение не только сотрудничать, но и взять аванс, который и взял, - горячо покраснел, но взял. И вот я отправился на главную улицу, зашел в табачный магазин, где купил коробку дорогих папирос, потом в парикмахерскую, откуда вышел с красиво уменьшившейся пахучей головой и с той особенной мужской бодростью, с которой всегда выходишь из парикмахерской. Хотелось тотчас же идти опять в редакцию, поскорее продолжить всю ту праздничность новых впечатлений, которыми так щедро одарила меня судьба вчера. Но идти немедленно было никак нельзя: "Как, он опять пришел? И опять с утра?!" - Я пошел по городу. Сперва, как вчера, вниз по Волховской, с Волховской по Московской, длинной торговой улице, ведущей на вокзал, шел по ней, пока она, за какими-то запыленными триумфальными воротами, не стала пустынной и бедной, свернул с нее в еще более бедную Пушкарную Слободу, оттуда вернулся опять на Московскую. Когда же...
4. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава третья
Входимость: 9. Размер: 92кб.
Часть текста: с ним! Она видела, как он изменился, но в чем - понять не могла. Расспрашивала о Юлии. Ваня рассказывал подробно, не упоминая о Елизавете Евграфовне. Людмила Александровна сокрушалась, что ее первенец живет в таких условиях, но Ваня успокаивал, уверяя, что скоро освободится вакансия, и у Юлия будет хорошая служба. Дома пробыл недолго. Стал собираться в Орёл, - говорил, что там, вероятно, он получит место. В семье уже царила бедность. Стали поговаривать о продаже земли: оставят себе только усадьбу и несколько десятин для собственного прокормления. Пришел срок платить проценты в орловский дворянский банк. Родители решили воспользоваться поездкой Вани, дали ему денег. Но он деньги не все внес в банк, а купил себе кавалерийские сапоги, синюю тонкого сукна поддёвку, дворянскую фуражку, бурку и седло. И, конечно, сразу же снялся в этом наряде. Это было в 1889 году, а не в 1891, как ошибочно помечено на фотографии, приложенной к IV книге Библиотеки "Огонек", издательства "Правда". В "Орловский Вестник" он пришел рано, застал Надежду Алексеевну Семенову за утренним чаем. Она встретила его, как близкого знакомого. С интересом слушала его рассказы о Харькове, Крыме, настойчиво просила о сотрудничестве. Сказала, что сейчас познакомит его с двумя девицами: одна родная племянница Шелихова, дочь елецкого врача Пащенко, другая её подруга, Елена Николаевна Токарева. (Она написала Ивану Алексеевичу в 1934 году, после нобелевской премии, из Лиона, многое вспоминала. Она была замужем за Никитенко). Обе барышни вышли в "цветисто-расшитых русских костюмах". В те времена, особенно в провинции, была на них...
5. Лазарев Владимир: Синие камни (поездка в Ефремов)
Входимость: 8. Размер: 64кб.
Часть текста: были немцы! Непостижимо! И какой теперь этот Ефремов, где был дом брата Евгения, где похоронен и он, и Настя, и наша мать!" Запись эта приведена в книге Бабореко "И. А. Бунин. Материалы для биографии". Слова из записной книжки писателя странно-волнующе оживают в местах, когда-то отмеченных его жизнью, многими ее днями, переживаниями. Происходит, как нечто въявь творимое, возрождение связующих начал. И душу освещает особое интимное чувство присутствия того, в чью сокровенную сердцевину жизни ты осмелился заглянуть. Бунин в той декабрьской записи сорок первого года передает ошеломившее его чувство: мировая война, накрывшая Западную Европу, а затем и Россию, докатилась до глубоких захолустий его юности. Дрогнули самые заповедные пласты его памяти. Племянница Бунина Найти ее оказалось все-таки непросто. Живет она не в Ефремове, а на Косой Горе, в поселке металлургов. Пасажиры, едущие из Москвы в поездах дальнего следования в южном направлении, вскоре за Тулой видят стоящий особняком, поднимающийся над холмистым пространством и как бы выламывающийся из него, старый металлургический завод. Доменные печи, змеиные переплетения гигантских чернеющих труб, как будто застывших в напряженном борении, белесый пар, ползущий рваными кусками, серо-пепельная гарь. Лики черной металлургии... Ночью особенно неожиданны пугающи резкие...

© 2000- NIV