Cлово "ДЕЛО"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ДЕЛУ, ДЕЛА, ДЕЛЕ, ДЕЛОМ

1. Грин Милица: Письма М. А. Алданова к И. А. и В. Н. Буниным
Входимость: 34.
2. Хорошая жизнь
Входимость: 28.
3. Деревня (часть 3)
Входимость: 28.
4. Митина любовь
Входимость: 27.
5. Деревня (часть 1)
Входимость: 25.
6. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава IV
Входимость: 23.
7. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 23.
8. Окаянные дни (страница 3)
Входимость: 21.
9. Жизнь Арсеньева
Входимость: 20.
10. Из "Великого дурмана"
Входимость: 19.
11. Воспоминания Бунина (страница 3)
Входимость: 19.
12. Окаянные дни (страница 2)
Входимость: 18.
13. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 17.
14. Устами Буниных. 1919 г. Часть 2.
Входимость: 15.
15. Шулятиков В. М.: Этапы новейшей русской лирики
Входимость: 15.
16. Василевский Л. М.: Среди писателей
Входимость: 14.
17. Твардовский А.: О Бунине
Входимость: 14.
18. Дело корнета Елагина
Входимость: 14.
19. Айхенвальд Ю. И.: Иван Бунин
Входимость: 14.
20. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 3)
Входимость: 14.
21. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 10)
Входимость: 13.
22. Ночной разговор
Входимость: 13.
23. Устами Буниных. 1921 г.
Входимость: 12.
24. Ходоровский А.С.: У академика Ив. А. Бунина. Беседа
Входимость: 12.
25. Воспоминания Бунина (страница 4)
Входимость: 12.
26. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 12.
27. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава шестая
Входимость: 11.
28. Суходол
Входимость: 11.
29. Устами Буниных. 1919 г. Часть 1.
Входимость: 11.
30. Несколько слов английскому писателю (Г. Уэллс)
Входимость: 11.
31. Деревня (часть 2)
Входимость: 10.
32. Заметки (о литературе и современниках)
Входимость: 10.
33. Лазарев Владимир: Синие камни (поездка в Ефремов)
Входимость: 10.
34. Чехи и эсеры
Входимость: 10.
35. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 8)
Входимость: 10.
36. Божье древо
Входимость: 10.
37. Отзывы о приговоре, Русское слово. 1913. No 250. 30 октября
Входимость: 10.
38. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 9.
39. Воспоминания Бунина (страница 6)
Входимость: 9.
40. Бунин И. А. - Письмо в редакцию "Русских ведомостей", 1913 г.
Входимость: 9.
41. Устами Буниных. 1941 г.
Входимость: 9.
42. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава III
Входимость: 9.
43. Воспоминания Бунина (страница 2)
Входимость: 9.
44. Адамович Георгий: Бунин. Воспоминания
Входимость: 9.
45. Бунин - сотрудник "Орловского вестника"
Входимость: 9.
46. На даче
Входимость: 9.
47. Соотечественник
Входимость: 9.
48. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава первая
Входимость: 9.
49. Саакянц А.: О Бунине и его прозе. Предисловие к сборнику рассказов
Входимость: 9.
50. Интервью разных лет
Входимость: 9.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Грин Милица: Письма М. А. Алданова к И. А. и В. Н. Буниным
Входимость: 34. Размер: 154кб.
Часть текста: к И. А. и В. Н. Буниным {Подготовка к печати этой переписки М. А. Алданова проделана доктором Эдинбургского Университета Милицей Эдуардовной Грин. Ред. } Письма Алданова к Буниным являются исключительно ценным материалом не только для исследователей творчества обоих писателей, но и для литературоведов, которые будут изучать жизнь русских литераторов за рубежом. Письма М. А. Алданова написаны живо и интересно, в них виден не только автор, но и личность адресата. Как живые, встают по прочтении этих нескольких сотен писем: Марк Александрович Алданов -- прекрасно образованный, умный, сдержанный, и горячий, остро чувствующий, резко на всё реагирующий Иван Алексеевич Бунин. 37 лет дружбы связывали этих столь различных по характеру людей. Алданов преклонялся перед талантом Ивана Алексеевича, помогал ему в устройстве практических дел, а Бунин поощрял его литературную деятельность и отвечал дружбой. Если первые письма Алданова еще сравнительно сдержанны, то понемногу они становятся теплее и задушевнее, хотя, надо сказать, что с Верой Николаевной Буниной он, видимо, всегда чувствовал себя свободнее и проще, чем с Иваном Алексеевичем. Меняется и...
2. Хорошая жизнь
Входимость: 28. Размер: 48кб.
Часть текста: хоть добрые, а бедные-пребедные были, просто сказать побирушки. Мы и переехали от них в другое село, а дом, скотину и какое было заведение продали. Переехали под самый город, сняли капусту у барыни Мещериной. Она фрелиной при царском дворце была, нехорошая, рябая, в девках поседела вся, никто замуж не взял, ну и жила себе на спокое. Сняли мы, значит, у ней луга, сели, честь честью в салаш. Стыдь, осень, а нам и горя мало. Сидим, ждем хороших барышей и не чуем беды. А беда-то и вот она, да еще какая беда-то! Дело наше уж к развязке близилось, вдруг - скандал ужасный. Напились мы чаю утром - праздник был, - я и стою так-то возле салаша, гляжу, как по лугу народ от церкви идет. А батенька по капусте пошел. День светлый такой, хоть и ветреный, я и загляделась, и не вижу, как подходят ко мне двое мужчин: один священник, высокий этакий, в серой рясе, с палкой, лицо все темное, землистое, грива, как у лошади хорошей, так по ветру и раздымается, а другой - простой мужик, его работник. Подходит к самому салашу. Я оробела, поклонилась и говорю: - Здравствуйте, батюшка. Благодарим вас, что проведать нас вздумали. А он, вижу, злой, пасмурный, на меня не смотрит, стоит, калмышки палкой разбивает. - А где, - говорит, - твой отец? - Они, - говорю, - по капусте пошли. Я, мол, если угодно, покликать их могу. Да вон они и сами идут. - Ну, так скажи ему, чтоб забирал он все свое добришко вместе с самоварчиком этим паршивым и увольнялся отсюда. Нынче мой караульщик сюда придет. - Как, - говорю, - караульщик? Да мы уж и деньги, девяносто рублей, барыне отдали. Что вы, батюшка? (Я, хоть и молода, а уж продувная была.) Ай вы, - говорю, - смеетесь? Вы, - говорю, - бумагу нам должны предъявить. - Не разговаривать, - кричит. - Барыня в город переезжает, я у нее луга эти купил, и земля теперь моя собственная. А сам махает, бьет палкой в...
3. Деревня (часть 3)
Входимость: 28. Размер: 85кб.
Часть текста: Со ладаном, со крестом... Теперь вид дурновских полей был будничный. Ехал Кузьма с Воргла веселый и слегка хмельной, - Тихон Ильич угощал его за обедом наливкой, был очень добр в этот день, - и с удовольствием смотрел на равнины сухих бурых пашен, расстилавшиеся вокруг него. Почти летнее солнце, прозрачный воздух, бледно-голубое ясное небо, - все радовало и обещало долгий покой. Седой, корявой полыни, вывороченной с корнем сохами, было так много, что ее возили возами. Под самой усадьбой стояла на пашне лошаденка, с репьями в холке, и телега, высоко нагруженная полынью, а подле лежал Яков, босой, в коротких запыленных портках и длинной посконной рубахе, и, придавив" боком большого седого кобеля, держал его за уши. Кобель рычал и косился. - Ай кусается? - крикнул Кузьма. - Лют - мочи нет! - торопливо отозвался Яков, поднимая свою косую бороду. - На морды лошадям сигает... И Кузьма засмеялся от удовольствия. Уж мужик так мужик, степь так степь! А дорога шла под изволок, и горизонт суживался. Впереди зеленела новая железная крыша риги, казавшаяся потонувшей в глухом низкорослом саду. За садом, на противоположном косогоре, стоял длинный ряд изб из глинобитных кирпичей, под соломой. Справа, за пашнями, тянулся большой лог, входивший в тот, что отделял усадьбу от деревни. И там, где лога сходились, торчали на мысу крылья двух раскрытых ветряков, окруженных несколькими избами однодворцев, - Мысовых, как назвал их Оська, - и белела на выгоне вымазанная мелом школа. - Что ж, учатся ребятишки-то? - спросил Кузьма. - Обязательно, - сказал Оська. - Ученик у них бедовый! - Какой ученик?...
4. Митина любовь
Входимость: 27. Размер: 116кб.
Часть текста: - Как ты смешно, с какой-то милой мальчишеской неловкостью растягиваешь свой большой рот, когда смеешься. Не обижайся, за эту-то улыбку я и люблю тебя. Да вот еще за твои византийские глаза... Стараясь не улыбаться, пересиливая и тайное довольство, и легкую обиду, Митя дружелюбно ответил, глядя на памятник, теперь уже высоко поднявшийся перед ними: - Что до мальчишества, то в этом отношении мы, кажется, недалеко ушли друг от друга. А на византийца я похож так же, как ты на китайскую императрицу. Вы все просто помешались на этих Византиях, Возрождениях... Не понимаю я твоей матери! - Что ж, ты бы на ее месте меня в терем запер? - спросила Катя. - Не в терем, а просто на порог не пускал бы всю эту якобы артистическую богему, всех этих будущих знаменитостей из студий и консерваторий, из театральных школ, - ответил Митя, продолжая стараться быть спокойным и дружелюбно небрежным. - Ты же сама мне говорила, что Буковецкий уже звал тебя ужинать в Стрельну, а Егоров предлагал лепить голую, в виде какой-то умирающей морской волны, и, конечно, страшно польщена такой честью. - Я все равно даже ради тебя не откажусь от искусства, - сказала Катя. - Может быть, я и гадкая, как ты часто говоришь, - сказала она, хотя Митя никогда не говорил ей этого, - может, я испорченная, но бери меня такую, какая я есть. И не будем ссориться, перестань ты меня ревновать хоть нынче, в такой чудный день! - Как ты не понимаешь, что ты для меня все-таки лучше всех, единственный? - негромко и настойчиво спросила она, уже с деланной обольстительностью заглядывая ему в глаза, и задумчиво, медлительно продекламировала: Меж нами дремлющая тайна. Душа душе дала кольцо... Это последнее, эти стихи уже совсем больно задели Митю. Вообще, многое даже и в этот день было неприятно и больно. Неприятна была шутка насчет...
5. Деревня (часть 1)
Входимость: 25. Размер: 111кб.
Часть текста: что им долго восхищались по всему уезду: стоит себе будто бы в плисовом кафтане и в козловых сапожках, нахально играет скулами, глазами и почтительнейше сознается даже в самом малейшем из своих несметных дел: - Так точно-с. Так точно-с. А родитель Красовых был мелким шибаем. Ездил по уезду, жил одно время в родной Дурновке, завел было там лавочку, но прогорел, запил, воротился в город и помер. Послужив по лавкам, торгашили и сыновья его, Тихон и Кузьма. Тянутся, бывало, в телеге с рундуком посередке и заунывно орут: - Ба-абы, това-ару! Ба-абы, това-ару! Товар - зеркальца, мыльца, перстни, нитки, платки, иголки, крендели - в рундуке. А в телеге все, что добыто в обмен на товар: дохлые кошки, яйца, холсты, тряпки... Но, проездив несколько лет, братья однажды чуть ножами не порезались - и разошлись от греха. Кузьма нанялся к гуртовщику, Тихон снял постоялый дворишко на шоссе при станции Воргол, верстах в пяти от Дурновки, и открыл кабак и "черную" лавочку: "торговля мелочного товару чаю сахору тобаку сигар и протчего". Годам к сорока борода Тихона уже кое-где серебрилась. Но красив, высок, строен был он по-прежнему; лицом строг, смугл, чуть-чуть ряб, в плечах широк и сух, в разговоре властен и резок, в движениях быстр и ловок. Только брови стали сдвигаться все чаще да глаза блестеть еще острей, чем прежде. Неутомимо гонял он за становыми - в те глухие осенние поры, когда взыскивают подати и идут по деревне торги за торгами. Неутомимо скупал у помещиков хлеб на корню, снимал за бесценок землю... Жил...

© 2000- NIV