Cлово "ГОРЯЧИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ГОРЯЧО, ГОРЯЧЕЙ, ГОРЯЧИЕ, ГОРЯЧЕГО

1. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 15.
2. Суходол
Входимость: 13.
3. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 11.
4. Митина любовь
Входимость: 11.
5. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 11.
6. Деревня (часть 1)
Входимость: 10.
7. Рассказы о Палестине Бунина
Входимость: 9.
8. Жизнь Арсеньева
Входимость: 8.
9. При дороге
Входимость: 8.
10. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 8.
11. Грин Милица: Письма М. А. Алданова к И. А. и В. Н. Буниным
Входимость: 7.
12. Натали
Входимость: 7.
13. Зойка и Валерия
Входимость: 6.
14. Чаша жизни
Входимость: 6.
15. Галина Кузнецова. Грасский дневник
Входимость: 6.
16. Таня
Входимость: 6.
17. Деревня (часть 3)
Входимость: 6.
18. Братья
Входимость: 5.
19. Дневники Бунина (1940)
Входимость: 5.
20. Игнат
Входимость: 5.
21. Копье господне
Входимость: 5.
22. Саакянц Анна: Проза позднего Бунина
Входимость: 5.
23. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава первая
Входимость: 5.
24. Устами Буниных. 1940 г.
Входимость: 5.
25. Из записей ("…70 лет тому назад на рассвете этого дня")
Входимость: 5.
26. Устами Буниных. 1881 - 1903 гг.
Входимость: 5.
27. Бунин И. А. - Бунину Ю. А., 26, 27 октября 1896 г.
Входимость: 4.
28. Лазарев Владимир: Синие камни (поездка в Ефремов)
Входимость: 4.
29. Саакянц А.: О Бунине и его прозе. Предисловие к сборнику рассказов
Входимость: 4.
30. Воспоминания Бунина (страница 2)
Входимость: 4.
31. Воспоминания Бунина (страница 3)
Входимость: 4.
32. Воды многие
Входимость: 4.
33. Соотечественник
Входимость: 4.
34. Свет Зодиака
Входимость: 4.
35. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 10)
Входимость: 4.
36. Веселый двор
Входимость: 4.
37. Захар Воробьев
Входимость: 4.
38. Солнечный удар
Входимость: 4.
39. Памятный бал
Входимость: 4.
40. Цифры
Входимость: 3.
41. Ранчин А.: Дама без собачки - чеховский подтекст в "Солнечном ударе"
Входимость: 3.
42. К роду отцов своих
Входимость: 3.
43. Апрель
Входимость: 3.
44. Камень
Входимость: 3.
45. Окаянные дни
Входимость: 3.
46. Устами Буниных. 1941 г.
Входимость: 3.
47. Дневники Бунина (1881-1896)
Входимость: 3.
48. Степа
Входимость: 3.
49. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 8)
Входимость: 3.
50. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава четвертая
Входимость: 3.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 15. Размер: 204кб.
Часть текста: светать. Но на другой уже поздней - как все. Заботливо одевался, гляделся в зеркало... Вчера, в редакции, я уже со смущением чувствовал свой цыганский загар, обветренную худобу лица, запущенные волосы. Нужно было привести себя в приличный вид, благо обстоятельства мои вчера неожиданно улучшились: я получил предложение не только сотрудничать, но и взять аванс, который и взял, - горячо покраснел, но взял. И вот я отправился на главную улицу, зашел в табачный магазин, где купил коробку дорогих папирос, потом в парикмахерскую, откуда вышел с красиво уменьшившейся пахучей головой и с той особенной мужской бодростью, с которой всегда выходишь из парикмахерской. Хотелось тотчас же идти опять в редакцию, поскорее продолжить всю ту праздничность новых впечатлений, которыми так щедро одарила меня судьба вчера. Но идти немедленно было никак нельзя: "Как, он опять пришел? И опять с утра?!" - Я пошел по городу. Сперва, как вчера, вниз по Волховской, с Волховской по Московской, длинной торговой улице, ведущей на вокзал, шел по ней, пока она, за какими-то запыленными триумфальными воротами, не стала пустынной и бедной, свернул с нее в еще более бедную...
2. Суходол
Входимость: 13. Размер: 114кб.
Часть текста: дворовая. И целых восемь лет отдыхала, по ее же собственным словам, от Суходола, от того, что заставил он ее выстрадать. Но недаром говорится, что, как волка ни корми, он все в лес смотрит: выходив, вырастив нас, снова воротилась она в Суходол. Помню отрывки наших детских разговоров с нею: - Ты ведь сирота, Наталья? - Сирота-с. Вся в господ своих. Бабушка-то ваша Анна Григорьевна куда как рано ручки белые сложила! Не хуже моего батюшки с матушкой. - А они отчего рано померли? - Смерть пришла, вот и померли-с. - Нет, отчего рано? - Так бог дал. Батюшку господа в солдаты отдали за провинности, матушка веку не дожила из-за индюшат господских. Я-то, конечно, не помню-с, где мне, а на дворне сказывали: была она птишницей, индюшат под ее начальством было несть числа, захватил их град на выгоне и запорол всех до единого... Кинулась бечь она, добежала, глянула -да и дух вон от ужасти! - А отчего ты замуж не пошла? - Да жених не вырос еще. - Нет, без шуток? - Да говорят, будто госпожа, ваша тетенька, заказывала. За то-то и меня, грешную, барышней ославили. - Ну-у, какая же ты барышня! - В аккурат-с барышня! - отвечала Наталья с тонкой усмешечкой, морщившей ее губы, и обтирала их темной старушечьей рукой. - Я ведь молочная Аркадь Петровичу, тетенька вторая ваша... Подрастая, все внимательнее прислушивались мы к тому, что говорилось в нашем доме о Суходоле: все понятнее становилось непонятное прежде, все резче выступали странные особенности суходольской жизни. Мы ли не чувствовали, что Наталья, полвека своего прожившая с нашим отцом почти одинаковой жизнью,- истинно родная нам, столбовым господам Хрущевым! И вот оказывается, что господа эти...
3. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 11. Размер: 95кб.
Часть текста: чувствуешь наконец уже полностью ту простоту, будничность, которая и есть здоровье, возвратившееся обычное состояние, хотя и отличающееся от того, что было до болезни, какою-то новой опытностью, умудренностью. Так проснулся и я однажды в тихое и солнечное майское утро в своей угловой комнате, окна которой я, по молодости, не имел надобности завешивать. Я откинул одеяло, чувствуя спокойное довольство всех своих молодых сил и все то здоровое, молодое тепло, которым нагрел я за ночь постель и себя самого. В окна светило солнце, от верхних цветных стекол на полу горели синие и рубиновые пятна. Я поднял нижние рамы - утро было уже похоже на летнее, со всей мирной простотой, присущей лету, его утреннему мягкому и чистому воздуху, запахам солнечного сада со всеми его травами, цветами, бабочками. Я умылся, оделся и стал молиться на образа, висевшие в южном углу комнаты и всегда вызывавшие во мне своей арсеньевской стариной что-то обнадеживающее, покорное непреложному и бесконечному течению земных дней. На балконе пили чай и разговаривали. Был опять брат Николай, - он часто приходил к нам по утрам. И он говорил - очевидно, обо мне: - Да что ж тут думать? Конечно, надо служить, поступить куда-нибудь на место... Думаю, что Георгию все таки удастся устроить его где-нибудь, когда он сам как-нибудь устроится... И эти слова еще более умиротворяли меня. "Ну, что ж, служить так...
4. Митина любовь
Входимость: 11. Размер: 116кб.
Часть текста: лучше всего было то, что Катя, в этот день особенно хорошенькая, вся дышала простосердечием и близостью, часто с детской доверчивостью брала Митю под руку и снизу заглядывала в лицо ему, счастливому даже как будто чуть-чуть высокомерно, шагавшему так широко, что она едва поспевала за ним. Возле Пушкина она неожиданно сказала: - Как ты смешно, с какой-то милой мальчишеской неловкостью растягиваешь свой большой рот, когда смеешься. Не обижайся, за эту-то улыбку я и люблю тебя. Да вот еще за твои византийские глаза... Стараясь не улыбаться, пересиливая и тайное довольство, и легкую обиду, Митя дружелюбно ответил, глядя на памятник, теперь уже высоко поднявшийся перед ними: - Что до мальчишества, то в этом отношении мы, кажется, недалеко ушли друг от друга. А на византийца я похож так же, как ты на китайскую императрицу. Вы все просто помешались на этих Византиях, Возрождениях... Не понимаю я твоей матери! - Что ж, ты бы на ее месте меня в терем запер? - спросила Катя. - Не в терем, а просто на порог не пускал бы всю эту якобы артистическую богему, всех этих будущих знаменитостей из студий и консерваторий, из театральных школ, - ответил Митя, продолжая стараться быть спокойным и дружелюбно небрежным. - Ты же сама мне говорила, что Буковецкий уже звал тебя ужинать в Стрельну, а Егоров предлагал лепить голую, в виде какой-то умирающей морской волны, и, конечно, страшно польщена такой честью. - Я все равно даже...
5. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 11. Размер: 81кб.
Часть текста: сквозь сон мысль о близости каких-то особенно важных минут, и я вдруг опять вскочил, не проспав и трех часов. Дом все еще делился на два совершенно разных мира: в одном была смерть, был зал с гробом, в другом же, то есть во всех прочих комнатах, со всех сторон отделенных от него запертыми дверями, как попало шла наша беспорядочная жизнь, нетерпеливо ждущая роковой развязки этого беспорядка. Я проснулся с резким чувством того, что развязка наконец настала, и был немало удивлен, увидя, что брат, спавший со мной в кабинете покойного, равнодушно курит, сидя в одном белье на диване, с которого до полу сползла смятая простыня, меж тем как по коридору за дверью уже поспешно ходили, слышались голоса, какие-то короткие вопросы и такие же ответы. Вошла Марья Петровна, старшая горничная, внесла поднос с чаем, молча поклонилась, не глядя на нас, и, поставив поднос на письменный стол, озабоченно вышла. Я, дрожащими руками, стал одеваться. В кабинете, оклеенном старенькими золотистыми обоями, было все просто, буднично и даже весело, плавал, говоря о нашей мужской утренней жизни, пахучий папиросный дым. Брат курил и рассеянно посматривал на те самые кавказские туфли Писарева, в которых я видел его, во всей его бодрой цыганской красоте, две недели тому назад, и которые мирно стояли теперь под письменным столом. Я тоже взглянул на них: да, его уже нет, а вот туфли все стоят и могут простоять еще хоть сто лет! И где он теперь и где...

© 2000- NIV