Bitte.net.ua - Статья: . cs 1.6 хостинг как выбрать хостинг в Харькове?

Cлово "СВЕТЛЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: СВЕТЛО, СВЕТЛАЯ, СВЕТЛОЙ, СВЕТЛОМ

1. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 18.
2. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 18.
3. Дневники Бунина (1917)
Входимость: 15.
4. Жизнь Арсеньева
Входимость: 12.
5. Игнат
Входимость: 11.
6. Митина любовь
Входимость: 10.
7. Смирнова Л.: И. А. Бунин
Входимость: 10.
8. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 10.
9. Воды многие
Входимость: 8.
10. Стихи
Входимость: 8.
11. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 8.
12. Белая лошадь
Входимость: 8.
13. Айхенвальд Ю. И.: Иван Бунин
Входимость: 7.
14. Шулятиков В. М.: Этапы новейшей русской лирики
Входимость: 7.
15. Веселый двор
Входимость: 7.
16. Дневники Бунина (1940)
Входимость: 7.
17. Устами Буниных. 1940 г.
Входимость: 7.
18. Таня
Входимость: 6.
19. Окаянные дни (страница 2)
Входимость: 6.
20. Благасова Г. М., Курбатова Ю. В.: Бунин и Паустовский - аксиологические параллели
Входимость: 5.
21. Красный генерал
Входимость: 5.
22. У истока дней
Входимость: 5.
23. Дневники Бунина (1918)
Входимость: 5.
24. Бунин И. А.: О Чехове. Часть первая. Глава V
Входимость: 5.
25. Лазарев Владимир: Синие камни (поездка в Ефремов)
Входимость: 5.
26. На даче
Входимость: 5.
27. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава первая
Входимость: 5.
28. Медведский К. П.: Новые лауреаты Академии наук
Входимость: 5.
29. Бунин И. А. - Пащенко В. В., 8 сентября 1890 г.
Входимость: 5.
30. Устами Буниных. 1908 - 1911 гг.
Входимость: 5.
31. Окаянные дни (страница 3)
Входимость: 5.
32. Воспоминания Бунина (страница 2)
Входимость: 5.
33. Венеция ("Восемь лет в Венеции я не был")
Входимость: 5.
34. Дневники Бунина (1941)
Входимость: 4.
35. Господин из Сан-Франциско
Входимость: 4.
36. При дороге
Входимость: 4.
37. Учитель
Входимость: 4.
38. Поздней ночью
Входимость: 4.
39. Последняя весна
Входимость: 4.
40. Первая любовь (из воспоминаний детства)
Входимость: 4.
41. Далекое
Входимость: 4.
42. Инония и Китеж (К 50-летию со дня смерти гр. А. К. Толстого)
Входимость: 4.
43. Мелитон
Входимость: 4.
44. Устами Буниных. 1941 г.
Входимость: 4.
45. Ночлег
Входимость: 4.
46. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава V
Входимость: 4.
47. Деревня (часть 1)
Входимость: 4.
48. Сны Чанга
Входимость: 4.
49. Дневники Бунина (1908-1911)
Входимость: 4.
50. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 7)
Входимость: 3.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 18. Размер: 204кб.
Часть текста: с которой всегда выходишь из парикмахерской. Хотелось тотчас же идти опять в редакцию, поскорее продолжить всю ту праздничность новых впечатлений, которыми так щедро одарила меня судьба вчера. Но идти немедленно было никак нельзя: "Как, он опять пришел? И опять с утра?!" - Я пошел по городу. Сперва, как вчера, вниз по Волховской, с Волховской по Московской, длинной торговой улице, ведущей на вокзал, шел по ней, пока она, за какими-то запыленными триумфальными воротами, не стала пустынной и бедной, свернул с нее в еще более бедную Пушкарную Слободу, оттуда вернулся опять на Московскую. Когда же спустился с Московской к Орлику, перешел старый деревянный мост, дрожавший и гудевший от едущих, и поднялся к присутственным местам, по всем церквам трезвонили, и вдоль бульвара, навстречу мне, на паре больших вороных, шедших споро, но мерно, в достойной противоположности с этим трезвоном, прокатил в карете архиерей, благостным мановением руки осенявший влево и вправо всех встречных. В редакции было опять людно, бодро работала за своим большим...
2. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 18. Размер: 95кб.
Часть текста: шел и мой черед. И все таки, как водится, никто из нас (кроме, конечно, матери) ничего не додумывал, я тем более. II Опять, еще раз была весна. И опять казалась она мне такой, каких еще не было, началом чего-то совсем не похожего на все мое прошлое. Во всяком выздоровлении бывает некое особенное утро, когда, проснувшись, чувствуешь наконец уже полностью ту простоту, будничность, которая и есть здоровье, возвратившееся обычное состояние, хотя и отличающееся от того, что было до болезни, какою-то новой опытностью, умудренностью. Так проснулся и я однажды в тихое и солнечное майское утро в своей угловой комнате, окна которой я, по молодости, не имел надобности завешивать. Я откинул одеяло, чувствуя спокойное довольство всех своих молодых сил и все то здоровое, молодое тепло, которым нагрел я за ночь постель и себя самого. В окна светило солнце, от верхних цветных стекол на полу горели синие и рубиновые пятна. Я поднял нижние рамы - утро было уже похоже на летнее, со всей мирной простотой, присущей лету, его утреннему мягкому и чистому воздуху, запахам солнечного сада со всеми его травами, цветами, бабочками. Я умылся, оделся и стал молиться на образа, висевшие в южном углу комнаты и всегда вызывавшие во мне своей арсеньевской стариной что-то обнадеживающее, покорное непреложному и бесконечному течению земных дней. На балконе пили чай и разговаривали. Был опять брат Николай, - он часто приходил к нам по утрам. И он говорил - очевидно, обо мне: - Да что ж тут думать? Конечно, надо служить, поступить куда-нибудь на место... Думаю, что Георгию все таки удастся устроить его где-нибудь, когда он сам как-нибудь устроится... И эти слова еще более умиротворяли меня. "Ну, что ж, служить так служить. А потом, все это еще так не скоро. Георгий уедет не раньше осени, а до осени еще целая вечность..." Какие далекие дни! Я теперь уже с усилием чувствую их своими собственными при всей той близости их мне, с которой я ...
3. Дневники Бунина (1917)
Входимость: 15. Размер: 73кб.
Часть текста: идиотски кричит Анюта-дурочка. В сенях вагона 1-го класса мешки, солдаты. По поезду идет солдатский контроль. Ко мне: сколько мне лет, не дезертир ли? Чувство страшного возмущения. Никаких законов - и все власть, все, за исключением, конечно, нас. Волю "свободной" России почему-то выражают только солдаты, мужики, рабочие. Почему, напр., нет совета дворянских, интеллигентских, обывательских депутатов? <...> 15 июня 1917 г. 10 часов веч. Вернулись из Скородного. Коля, Евгений (который приехал вчера с Юлием из Ефремова) и Тупик ездили в усадьбу Победимовых, я, Юлий и Вера пошли к ним навстречу. День прекрасный, вечер еще лучше. Особенно хороша дорога от Крестов к Скородному - среди ржей в рост человека. В лесу птичий звон - пересмешник и пр. Возвращались - уже луна над морем ржей. У Бахтеяровой сейчас хотели отправить в Елец для Комитета 60 свиней. Пришли мужики, не дали отправить. Коля рассказывал, что Лида говорила: в с. Куначьем (где попом отец Ив. Алексеевича, ее мужа) есть чудотворная икона Николая Угодника. Мужики, говоря, что все это "обман", постановили "изничтожить" эту икону. Но 9-го мая разразилась метель - испугались. Тупик говорит, что в с. Ламском мужики загалдели, зашумели, когда в церкви запели: "Яко до царя": "Какой такой теперь царь? Это еще что такое?" В Ефремове в городском саду пьяный солдат пел: Выну саблю, выну востру И срублю себе главу - Покатилася головка Во зеленую траву. Замечательно это "себе". В Ефремове мужики приходили в казначейство требовать, чтобы им отдали все какие есть в казначействе деньги: "Ведь это деньги царские, а теперь царя нету, значит, деньги теперь наши". <...> 7 июля. <....> О бунте в Птб. мы узнали еще позавчера вечером из "Раннего утра", нынче вести еще более оглушающие. Боль, обида, бессильная злоба, злорадство. Бунт киевский, нижегородский, бунт в Ельце. В Ельце воинского начальника били, водили босого по битому стеклу. 13 июля 17 г. Все еще мерзкая погода. Холодно, тучи,...
4. Жизнь Арсеньева
Входимость: 12. Размер: 103кб.
Часть текста: смерти не подозревал. "Вот было бы счастье !" - хочется прибавить мне. Но кто знает? Может быть, великое несчастье. Да и правда ли, что не подозревал бы? Не рождаемся ли мы с чувством смерти? А если нет, если бы не подозревал, любил ли бы я жизнь так, как люблю и любил? О роде Арсеньевых, о его происхождении мне почти ничего не известно. Что мы вообще знаем! Я знаю только то, что в Гербовнике род наш отнесен к тем, "происхождение коих теряется во мраке времен". Знаю, что род наш "знатный, хотя и захудалый" и что я всю жизнь чувствовал эту знатность, гордясь и радуясь, что я не из тех, у кого нет ни рода, ни племени. В Духов день призывает Церковь за литургией "сотворить память всем от века умершим". Она возносит в этот день прекрасную и полную глубокого смысла молитву: - Вси рабы Твоя, Боже, упокой во дворех Твоих и в недрех Авраама, - от Адама даже до днесь послужившая Тебе чисто отцы и братiи наши, други и сродники! Разве случайно сказано здесь о служении? И разве не радость чувствовать свою связь, соучастие "с...
5. Игнат
Входимость: 11. Размер: 57кб.
Часть текста: тем более робел. А чем более робел, тем чаще думал, тем сумрачнее и молчаливее становился. В черных блестящих глазах Любки была какая-то ясность, откровенность. Ловко и спокойно крала она одеколон и мыло у барыни, седой вдовы, курившей тонкие душистые папиросы. Иногда была она жива, наивна и казалась моложе своих лет, иногда - старше, все испытавшей женщиной. Да и груди были у нее как у женщины. А для Игната, еще не знавшего женщин, отношения между мужчинами и женщинами становились все страшнее и желаннее. Непроще, скрытнее его не было малого во всех Извалах. Даже едучи на розвальнях на гумно, за колосом для скотины, никогда не отвечал он прямо и сразу на вопрос: куда едешь? Избегая взгляда Любки, не поднимая угрюмых глаз, стыдясь своих лаптей, шапки и ошмыганного полушубка, он исподлобья следил за ней, и спокойное бесстыдство ее, смутно им понимаемое, было для него и жутко и пленительно. Усиливали его любовь и барчуки. Барчуки, - уже лечившийся на Кавказе офицер Алексей Кузьмич и Николай, все переходивший из одного учебного заведения в другое, - приезжали зимой только на большие праздники. В этом году на масленицу приехал сперва младший. И Любка была особенно оживлена, вид имела особенно откровенный, не будучи, впрочем, откровенной ни с кем. Так и сияли ее неподвижные глаза, когда она, черноволосая, крепкая, с сизым румянцем на смуглых щеках, в зеленом шерстяном платье, во весь дух носилась то за тем, то за другим из людской к дому и от дома к людской, по темнеющей среди снежного двора тропинке. И за масленицу, за эти серые дни, слегка туманившие, делавшие тусклыми сосны и ели в палисаднике, слегка кружившие голову своим теплом и праздничным чадом из труб, Игнату не раз приходилось натыкаться на игру барчуков с Любкой. Как-то в сумерки он видел: она выскочила из дома с злым, раскрасневшимся лицом и растрепанными...

© 2000- NIV