Cлово "ОСТОРОЖНЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ОСТОРОЖНО, ОСТОРОЖНЕЕ, ОСТОРОЖНЫ, ОСТОРОЖНА

1. Суходол
Входимость: 7.
2. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 5.
3. Песнь о Гайавате. Погоня за По-пок-кивисом
Входимость: 4.
4. Митина любовь
Входимость: 4.
5. При дороге
Входимость: 3.
6. Худая трава (Оброк)
Входимость: 3.
7. Безумный художник
Входимость: 3.
8. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 3.
9. Чехов
Входимость: 3.
10. Заря всю ночь
Входимость: 3.
11. Антоновские яблоки
Входимость: 3.
12. Сосны
Входимость: 3.
13. Учитель
Входимость: 2.
14. "Безграмотная ерунда"
Входимость: 2.
15. Зойка и Валерия
Входимость: 2.
16. Крещенская ночь
Входимость: 2.
17. Жизнь Арсеньева
Входимость: 2.
18. Песнь о Гайавате. Четыре ветра
Входимость: 2.
19. Воспоминания Бунина (страница 2)
Входимость: 2.
20. Песнь о Гайавате. Сватовство Гайаваты
Входимость: 2.
21. Руся
Входимость: 2.
22. Таня
Входимость: 2.
23. Будни
Входимость: 2.
24. Далекое
Входимость: 2.
25. Устами Буниных. 1934 - 1939 гг.
Входимость: 2.
26. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 2.
27. Песнь о Гайавате. Гайавата и Мэджекивис
Входимость: 2.
28. На чужой стороне
Входимость: 2.
29. Снежный бык
Входимость: 2.
30. Натали
Входимость: 2.
31. Личарда
Входимость: 2.
32. Белая лошадь
Входимость: 2.
33. Бунин И. А.: О Чехове. Часть первая. Глава III
Входимость: 2.
34. Сверчок
Входимость: 1.
35. Весенний вечер
Входимость: 1.
36. Грамматика любви
Входимость: 1.
37. * * * ("Звезды ночью весенней нежнее")
Входимость: 1.
38. «Остров Сирен»
Входимость: 1.
39. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава I
Входимость: 1.
40. Фокин П., Сыроватко Л.: Бунин без глянца (ознакомительный фрагмент). Свой среди чужих, чужой среди своих
Входимость: 1.
41. Последняя гроза
Входимость: 1.
42. Море богов
Входимость: 1.
43. Отто Штейн
Входимость: 1.
44. Последний день
Входимость: 1.
45. Песнь о Гайавате. Смерть Квазинда
Входимость: 1.
46. Михайлова М. В.: "Чистый понедельник" - горькая дума о России
Входимость: 1.
47. Модест
Входимость: 1.
48. Мелитон
Входимость: 1.
49. Веселый двор
Входимость: 1.
50. Бунин И. А. - Пащенко В. В., 8 ноября 1891 г.
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Суходол
Входимость: 7. Размер: 114кб.
Часть текста: Сирота-с. Вся в господ своих. Бабушка-то ваша Анна Григорьевна куда как рано ручки белые сложила! Не хуже моего батюшки с матушкой. - А они отчего рано померли? - Смерть пришла, вот и померли-с. - Нет, отчего рано? - Так бог дал. Батюшку господа в солдаты отдали за провинности, матушка веку не дожила из-за индюшат господских. Я-то, конечно, не помню-с, где мне, а на дворне сказывали: была она птишницей, индюшат под ее начальством было несть числа, захватил их град на выгоне и запорол всех до единого... Кинулась бечь она, добежала, глянула -да и дух вон от ужасти! - А отчего ты замуж не пошла? - Да жених не вырос еще. - Нет, без шуток? - Да говорят, будто госпожа, ваша тетенька, заказывала. За то-то и меня, грешную, барышней ославили. - Ну-у, какая же ты барышня! - В аккурат-с барышня! - отвечала Наталья с тонкой усмешечкой, морщившей ее губы, и обтирала их темной старушечьей рукой. - Я ведь молочная Аркадь Петровичу, тетенька вторая ваша... Подрастая, все внимательнее прислушивались мы к тому, что говорилось в нашем доме о Суходоле: все понятнее становилось непонятное прежде, все резче выступали странные особенности суходольской жизни. Мы ли не чувствовали, что Наталья, полвека своего прожившая с нашим отцом почти одинаковой жизнью,- истинно родная нам, столбовым господам Хрущевым! И вот оказывается, что господа эти загнали отца ее в солдаты, а мать в такой трепет, что у нее сердце разорвалось при виде погибших индюшат! - Да и правда, - говорила Наталья, - когда было не пасть замертво от такой оказии? Господа за Можай ее загнали бы! А потом узнали мы о Суходоле нечто еще более странное: узнали, что проще, добрей суходольских господ "во всей вселенной не было", но узнали и то, что не было и "горячее" их; узнали, что темен и сумрачен был старый суходольский дом, что сумасшедший дед наш Петр Кириллыч был убит в этом доме незаконным сыном своим, Герваськой, другом отца нашего и двоюродным братом Натальи; ...
2. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 5. Размер: 204кб.
Часть текста: едва стало светать. Но на другой уже поздней - как все. Заботливо одевался, гляделся в зеркало... Вчера, в редакции, я уже со смущением чувствовал свой цыганский загар, обветренную худобу лица, запущенные волосы. Нужно было привести себя в приличный вид, благо обстоятельства мои вчера неожиданно улучшились: я получил предложение не только сотрудничать, но и взять аванс, который и взял, - горячо покраснел, но взял. И вот я отправился на главную улицу, зашел в табачный магазин, где купил коробку дорогих папирос, потом в парикмахерскую, откуда вышел с красиво уменьшившейся пахучей головой и с той особенной мужской бодростью, с которой всегда выходишь из парикмахерской. Хотелось тотчас же идти опять в редакцию, поскорее продолжить всю ту праздничность новых впечатлений, которыми так щедро одарила меня судьба вчера. Но идти немедленно было никак нельзя: "Как, он опять пришел? И опять с утра?!" - Я пошел по городу. Сперва, как вчера, вниз по Волховской, с Волховской по Московской, длинной торговой улице, ведущей на вокзал, шел по ней, пока она, за какими-то запыленными триумфальными воротами, не стала пустынной и бедной, свернул с нее в еще более бедную Пушкарную Слободу, оттуда вернулся опять на Московскую. Когда же спустился с Московской к Орлику, перешел старый деревянный мост, дрожавший и гудевший от едущих, и поднялся к присутственным местам, по всем церквам трезвонили, и вдоль бульвара, навстречу мне, на паре больших вороных, шедших споро, но мерно, в достойной противоположности с этим трезвоном, прокатил в карете архиерей, благостным мановением руки осенявший влево и вправо всех встречных. В редакции было опять людно, бодро работала за своим большим столом маленькая Авилова, только ласково улыбнувшаяся мне и тотчас опять склонившаяся к столу. Завтрак был опять долгий, веселый,...
3. Песнь о Гайавате. Погоня за По-пок-кивисом
Входимость: 4. Размер: 12кб.
Часть текста: зубы, Он шептал врагу проклятья, Бормотал, гудел, как шершень. "Я убью его, - сказал он, - Я убью, найду злодея! Как бы ни был путь мой долог, Как бы ни был путь мой труден, Гнев мой все преодолеет, Месть моя врага настигнет!" Тотчас кликнул он соседей И поспешно устремился По следам его в погоню, - По лесам, где проходил он На прибрежье Гитчи-Гюми; Но никто врага не встретил: Отыскали только место На траве, в кустах черники, Где лежал он, отдыхая, И примял цветы и травы. Вдруг на Мускодэ зеленой, На долине под горами, Показался По-Пок-Кивис: Сделав дерзкий знак рукою, На бегу он обернулся, И с горы, ему вдогонку, Громко крикнул Гайавата: "Как бы ни был путь мой долог, Как бы ни был путь мой труден, Гнев мой все преодолеет, Месть моя тебя настигнет!" Через скалы, через реки, По кустарникам и чащам Мчался хитрый По-Пок-Кивис, Прыгал, словно антилопа. Наконец остановился Над прудом в лесной долине, На плотине, возведенной Осторожными бобрами, Над разлившимся потоком, Над затоном полусонным, Где в воде росли деревья, Где кувшинчики желтели, Где камыш шептал, качаясь. Над затоном По-Пок-Кивис Стал на гать из пней и сучьев; Сквозь нее вода сочилась, А по ней ручьи бежали; И со дна пруда к плотине Выплыл бобр и стал...
4. Митина любовь
Входимость: 4. Размер: 116кб.
Часть текста: в лицо ему, счастливому даже как будто чуть-чуть высокомерно, шагавшему так широко, что она едва поспевала за ним. Возле Пушкина она неожиданно сказала: - Как ты смешно, с какой-то милой мальчишеской неловкостью растягиваешь свой большой рот, когда смеешься. Не обижайся, за эту-то улыбку я и люблю тебя. Да вот еще за твои византийские глаза... Стараясь не улыбаться, пересиливая и тайное довольство, и легкую обиду, Митя дружелюбно ответил, глядя на памятник, теперь уже высоко поднявшийся перед ними: - Что до мальчишества, то в этом отношении мы, кажется, недалеко ушли друг от друга. А на византийца я похож так же, как ты на китайскую императрицу. Вы все просто помешались на этих Византиях, Возрождениях... Не понимаю я твоей матери! - Что ж, ты бы на ее месте меня в терем запер? - спросила Катя. - Не в терем, а просто на порог не пускал бы всю эту якобы артистическую богему, всех этих будущих знаменитостей из студий и консерваторий, из театральных школ, - ответил Митя, продолжая стараться быть спокойным и дружелюбно небрежным. - Ты же сама мне говорила, что Буковецкий уже звал тебя ужинать в Стрельну, а Егоров предлагал лепить голую, в виде какой-то умирающей морской волны, и, конечно, страшно польщена такой честью. - Я все равно даже ради тебя не откажусь от искусства, - сказала Катя. - Может быть, я и гадкая, как ты часто говоришь, - сказала она, хотя Митя никогда не говорил ей этого, - может, я испорченная, но бери меня такую, какая я есть. И не будем ссориться, перестань ты меня ревновать хоть нынче, в такой чудный день! - Как ты не понимаешь, что ты для меня все-таки лучше всех, единственный? - негромко и настойчиво спросила она, уже с деланной обольстительностью заглядывая ему в глаза, и задумчиво, медлительно продекламировала: Меж нами дремлющая тайна. Душа душе дала кольцо... Это последнее, эти стихи уже совсем больно задели Митю. Вообще, многое даже и в этот день было неприятно и больно. Неприятна была шутка насчет мальчишеской неловкости:...
5. При дороге
Входимость: 3. Размер: 51кб.
Часть текста: к лету белыми цветами. Во ржах насупротив, за большой дорогой, терялся дубовый лесок; в той стороне было и село - однодворческое старинное село Баево, да волнистые поля скрывали его. До воли было много проезжих по большой дороге. Потом их следы, колеи затянулись, заглохли, закудрявились редкой мелкой муравой. Устин давно вдовел, - говорили, что он убил жену из ревности, - жил не по- мужицки: не землей, а тем, что в рост деньги давал, сеял кое-что только для домашнего обихода, вокруг дубков и над оврагами, и даже скотины путной не держал: хороши у него были одни лошади. В избе хозяйничала сперва его любовница, вдова-однодворка, сероглазая красавица, потом старшая дочь, Евгения. Но Евгению, чуждую и немилую ему, он рано выдал и заместил работником, пожилым придурковатым мужиком Володей. А сам часто отлучался из дому - и росла молчаливая Параша одиноко. Однажды, - ей шел тогда четырнадцатый год, это было как раз в то лето, когда Евгения переселилась в Баево, гнали по большой дороге порядочный гурт овец: часто так делают - покупает купец сто, двести голов на одной ярмарке и перегоняет их на другую, нанимая для того босяков, а для надзора за босяками посылая приказчика. Дотлевала летняя заря далеко позади хутора. Поджидая отца из города, Парашка сидела на пороге избы, глядела на вечерние поблекшие поля, на голый простор дороги. Овцы густой грязно-серой отарой медленно...

© 2000- NIV