Cлово "ОСОБЕННЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ОСОБЕННО, ОСОБЕННАЯ, ОСОБЕННЫМ, ОСОБЕННОЙ

1. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 31.
2. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 22.
3. Митина любовь
Входимость: 21.
4. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава шестая
Входимость: 20.
5. Жизнь Арсеньева
Входимость: 20.
6. Грин Милица: Письма М. А. Алданова к И. А. и В. Н. Буниным
Входимость: 19.
7. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава первая
Входимость: 19.
8. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 17.
9. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 17.
10. Воспоминания Бунина (страница 3)
Входимость: 15.
11. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава третья
Входимость: 15.
12. Под серпом и молотом
Входимость: 14.
13. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава вторая
Входимость: 13.
14. Учитель
Входимость: 12.
15. Устами Буниных. 1919 г. Часть 2.
Входимость: 12.
16. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 10)
Входимость: 11.
17. Автобиографическая заметка
Входимость: 11.
18. Окаянные дни (страница 2)
Входимость: 11.
19. Странствия
Входимость: 10.
20. Галина Кузнецова. Грасский дневник
Входимость: 9.
21. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 8)
Входимость: 9.
22. Из записей ("Рассказ моего гувернера о Гоголе... ")
Входимость: 9.
23. Окаянные дни (страница 3)
Входимость: 9.
24. Воспоминания Бунина (страница 4)
Входимость: 9.
25. Устами Буниных. 1905 - 1907 гг.
Входимость: 8.
26. Дневники Бунина (1917)
Входимость: 8.
27. Устами Буниных. 1921 г.
Входимость: 8.
28. Шулятиков В. М.: Этапы новейшей русской лирики
Входимость: 8.
29. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 3)
Входимость: 8.
30. Ночь
Входимость: 8.
31. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава седьмая
Входимость: 8.
32. Игнат
Входимость: 8.
33. Зойка и Валерия
Входимость: 8.
34. Устами Буниных. 1908 - 1911 гг.
Входимость: 8.
35. Устами Буниных. 1926 - 1928 гг.
Входимость: 8.
36. Устами Буниных. 1940 г.
Входимость: 8.
37. Бунин И. А.: О Чехове. Часть первая. Глава III
Входимость: 8.
38. Бунин И. А.: Освобождение Толстого. Глава V
Входимость: 8.
39. Дневники Бунина (1941)
Входимость: 7.
40. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава четвертая
Входимость: 7.
41. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава IV
Входимость: 7.
42. Из цикла "Странствия"
Входимость: 7.
43. Натали
Входимость: 7.
44. Устами Буниных. 1941 г.
Входимость: 7.
45. Дневники Бунина (1940)
Входимость: 7.
46. Волков А. А.: Бунин
Входимость: 7.
47. Дело корнета Елагина
Входимость: 7.
48. Адамович Георгий: Бунин. Воспоминания
Входимость: 7.
49. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава пятая
Входимость: 6.
50. Бунин И. А.: О Чехове. Часть первая. Глава II
Входимость: 6.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 31. Размер: 204кб.
Часть текста: стало светать. Но на другой уже поздней - как все. Заботливо одевался, гляделся в зеркало... Вчера, в редакции, я уже со смущением чувствовал свой цыганский загар, обветренную худобу лица, запущенные волосы. Нужно было привести себя в приличный вид, благо обстоятельства мои вчера неожиданно улучшились: я получил предложение не только сотрудничать, но и взять аванс, который и взял, - горячо покраснел, но взял. И вот я отправился на главную улицу, зашел в табачный магазин, где купил коробку дорогих папирос, потом в парикмахерскую, откуда вышел с красиво уменьшившейся пахучей головой и с той особенной мужской бодростью, с которой всегда выходишь из парикмахерской. Хотелось тотчас же идти опять в редакцию, поскорее продолжить всю ту праздничность новых впечатлений, которыми так щедро одарила меня судьба вчера. Но идти немедленно было никак нельзя: "Как, он опять пришел? И опять с утра?!" - Я пошел по городу. Сперва, как вчера, вниз по Волховской, с Волховской по Московской, длинной торговой улице, ведущей на вокзал, шел по ней, пока она, за какими-то запыленными триумфальными воротами, не стала пустынной и бедной, свернул с нее в еще более бедную Пушкарную Слободу, оттуда вернулся опять на Московскую. Когда же спустился с Московской к Орлику, перешел старый деревянный мост, дрожавший и гудевший от едущих, и поднялся к присутственным местам, по всем церквам трезвонили, и вдоль бульвара, навстречу мне, на паре больших вороных, шедших споро, но мерно, в достойной противоположности с этим трезвоном, прокатил в карете архиерей, благостным мановением руки осенявший влево и вправо всех встречных. В редакции было опять людно, бодро работала за своим большим столом маленькая Авилова, только ласково улыбнувшаяся мне и тотчас опять склонившаяся к столу. Завтрак был опять долгий, веселый, после завтрака я слушал, как Лика бурно играла на рояли, потом качался с ней и с Оболенской на качелях в саду. После чая...
2. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 22. Размер: 111кб.
Часть текста: он сказал и что я почувствовал тогда? В ощущеньи России и того, что она моя родина? В ощущеньи связи с былым, далеким, общим, всегда расширяющим нашу душу, наше личное существование, напоминающим нашу причастность к этому общему? Он сказал, что этими местами шел когда-то с низов на Москву и по пути дотла разорил наш город сам Мамай, а потом - что сейчас мы будем проезжать мимо Становой, большой деревни, еще недавно бывшей знаменитым притоном разбойников и особенно прославившейся каким-то Митькой, таким страшным душегубом, что его, после того, как он наконец был пойман, не просто казнили, а четвертовали. Помню, что как раз в это время, между Становой и нами, влево от большой дороги, шел еще никогда не виденный мной поезд. Сзади нас склонялось к закату солнце и в упор освещало эту быстро обгонявшую нас, бегущую в сторону города как бы заводную игрушку - маленький, но заносчивый паровозик, из головастой трубы которого валил назад хвост дыма, и зеленые, желтые и синие домики с торопливо крутящимися под ними колесами. Паровоз, домики, возбуждавшие желанье пожить в них, их окошечки, блестевшие против солнца, этот быстрый и мертвый бег колес - все было очень странно и занятно; но хорошо помню, что все же гораздо больше влекло меня другое, то, что рисовалось моему воображенью там, за железной дорогой, где виднелись лозины таинственной и страшной Становой. Татары, Мамай, Митька... Несомненно, что именно в этот вечер впервые коснулось меня сознанье, что я русский и живу в России, а не просто в Каменке, в таком-то уезде, в такой-то волости, и я вдруг почувствовал эту Россию,...
3. Митина любовь
Входимость: 21. Размер: 116кб.
Часть текста: все таяло, с домов капали капели, дворники скалывали лед с тротуаров, сбрасывали липкий снег с крыш, всюду было многолюдно, оживленно. Высокие облака расходились тонким белым дымом, сливаясь с влажно синеющим небом. Вдали с благостной задумчивостью высился Пушкин, сиял Страстной монастырь. Но лучше всего было то, что Катя, в этот день особенно хорошенькая, вся дышала простосердечием и близостью, часто с детской доверчивостью брала Митю под руку и снизу заглядывала в лицо ему, счастливому даже как будто чуть-чуть высокомерно, шагавшему так широко, что она едва поспевала за ним. Возле Пушкина она неожиданно сказала: - Как ты смешно, с какой-то милой мальчишеской неловкостью растягиваешь свой большой рот, когда смеешься. Не обижайся, за эту-то улыбку я и люблю тебя. Да вот еще за твои византийские глаза... Стараясь не улыбаться, пересиливая и тайное довольство, и легкую обиду, Митя дружелюбно ответил, глядя на памятник, теперь уже высоко поднявшийся перед ними: - Что до мальчишества, то в этом отношении мы, кажется, недалеко ушли друг от друга. А на византийца я похож так же, как ты на китайскую императрицу. Вы все просто помешались на этих Византиях, Возрождениях... Не понимаю я твоей матери! - Что ж, ты бы на ее месте меня в терем запер? - спросила Катя. - Не в терем, а просто на порог не пускал бы всю эту якобы артистическую богему, всех этих будущих знаменитостей из студий и консерваторий, из театральных школ, - ответил Митя, продолжая стараться быть спокойным и дружелюбно небрежным. - Ты же сама мне говорила, что Буковецкий уже звал тебя ужинать в Стрельну, а Егоров предлагал лепить голую, в виде какой-то умирающей морской волны, и, конечно, страшно польщена такой честью. - Я все равно даже ради тебя не откажусь от искусства, - сказала Катя. - Может быть, я и гадкая, как ты часто говоришь, - сказала она, хотя Митя никогда не говорил ей этого, - может, я испорченная, но бери меня такую, какая я есть. И ...
4. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава шестая
Входимость: 20. Размер: 102кб.
Часть текста: в уютном гостеприимном доме ему, бездомному, было по душе. Вслед за Марьей Павловной и Евгенией Яковлевной он приехал в Аутку. И сразу почувствовал себя хорошо: по утрам, в погожие дни, солнце заливало его комнату; хозяйки были заботливыми, мастерицами в кулинарном искусстве, умели создавать подходящую для писателя обстановку. Антон Павлович, как это выяснилось после опубликования его писем, был доволен, что Бунин гостит у них и жалел о своем отсутствии. Евгения Яковлевна полюбила гостя и закармливала его, а с Марьей Павловной у Ивана Алексеевича возникала дружба. Они ездили в Учан-Су, Гурзуф, Су-ук-Су. Марья Павловна рассказывала о юности и молодости брата, о его неистощимом веселье и всяких забавных выдумках, о Левитане, которого она талантливо копировала, подражая его шепелявости, - он, например, вместо Маша произносил Мафа, - о его болезненной нервности, психической неустойчивости. Поведала и о том, что "ради Антоши" она отказалась выйти замуж: - Когда я сообщила ему о сделанном мне предложении, то по лицу его поняла, - хотя он и поздравил меня, - как это было ему тяжело... и я решила посвятить ему жизнь... Рассказывала и о увлечениях Антона...
5. Жизнь Арсеньева
Входимость: 20. Размер: 103кб.
Часть текста: что мне сказали, когда именно я родился. Если бы не сказали, я бы теперь и понятия не имел о своем возрасте, - тем более, что я еще совсем не ощущаю его бремени, - и, значит, был бы избавлен от мысли, что мне будто бы полагается лет через десять или двадцать умереть. А родись я и живи на необитаемом острове, я бы даже и о самом существовании смерти не подозревал. "Вот было бы счастье !" - хочется прибавить мне. Но кто знает? Может быть, великое несчастье. Да и правда ли, что не подозревал бы? Не рождаемся ли мы с чувством смерти? А если нет, если бы не подозревал, любил ли бы я жизнь так, как люблю и любил? О роде Арсеньевых, о его происхождении мне почти ничего не известно. Что мы вообще знаем! Я знаю только то, что в Гербовнике род наш отнесен к тем, "происхождение коих теряется во мраке времен". Знаю, что род наш "знатный, хотя и захудалый" и что я всю жизнь чувствовал эту знатность, гордясь и радуясь, что я не из тех, у кого нет ни рода, ни племени. В Духов день призывает Церковь за литургией "сотворить память всем от века умершим". Она возносит в этот день прекрасную и полную глубокого смысла молитву: - Вси рабы Твоя,...

© 2000- NIV