Cлово "ГРОЗНЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ГРОЗНО, ГРОЗНОГО, ГРОЗНОЕ, ГРОЗНАЯ

1. Странствия
Входимость: 7.
2. Жизнь Арсеньева
Входимость: 6.
3. Кошемчук Т. А.: О новозаветной перспективе ветхозаветной темы в историософии И. А. Бунина
Входимость: 5.
4. Из цикла "Странствия"
Входимость: 5.
5. Заметки (об И. Ф. Наживине)
Входимость: 5.
6. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 4.
7. Под серпом и молотом
Входимость: 4.
8. Шулятиков В. М.: Этапы новейшей русской лирики
Входимость: 4.
9. Песнь о Гайавате. Благословение полей
Входимость: 3.
10. Михайлова М. В.: "Господин из Сан-Франциско" - судьба мира и цивилизации
Входимость: 3.
11. Песнь о Гайавате. Голод
Входимость: 3.
12. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 3.
13. Захар Воробьев
Входимость: 3.
14. Устами Буниных. 1924 - 1925 гг.
Входимость: 3.
15. Свет Зодиака
Входимость: 3.
16. Песнь о Гайавате. Письмена
Входимость: 2.
17. В поле
Входимость: 2.
18. Суходол
Входимость: 2.
19. Гиппиус З. Н.: Тайна зеркала
Входимость: 2.
20. Воды многие
Входимость: 2.
21. Ремизов В.Б.: Бунин и Лев Толстой
Входимость: 2.
22. Байрон Д. Г.: Каин. Акт первый
Входимость: 2.
23. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 2.
24. Первая любовь (из воспоминаний детства)
Входимость: 2.
25. Михайлов О. Н.: Страстное слово
Входимость: 2.
26. Волошин
Входимость: 2.
27. "Мы не позволим" (О статье Александрова о Есенине)
Входимость: 2.
28. Бунин И. А.: Освобождение Толстого. Глава XII
Входимость: 2.
29. Митина любовь
Входимость: 2.
30. Твардовский А.: О Бунине
Входимость: 2.
31. Баллада
Входимость: 2.
32. Бессмертный
Входимость: 2.
33. Веселый двор
Входимость: 2.
34. Смирнова Л.: И. А. Бунин
Входимость: 2.
35. Записная книжка ("…Лето семнадцатого года")
Входимость: 2.
36. Танька
Входимость: 2.
37. Безумный художник
Входимость: 2.
38. Несколько слов английскому писателю (Г. Уэллс)
Входимость: 2.
39. Песнь о Гайавате. Гайавата и Мэджекивис
Входимость: 2.
40. Три рубля
Входимость: 2.
41. «Третий Толстой»
Входимость: 2.
42. Деревня (часть 1)
Входимость: 2.
43. Песня о Гоце
Входимость: 2.
44. Белая лошадь
Входимость: 2.
45. Окаянные дни (страница 3)
Входимость: 2.
46. Воспоминания Бунина (страница 4)
Входимость: 2.
47. Дневники Бунина (1923-1932)
Входимость: 2.
48. Окаянные дни (страница 2)
Входимость: 2.
49. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 7)
Входимость: 1.
50. Бунин И. А., Горький М., Андреев Л. Н. и другие - Марксу А. Ф., Декабрь 1903 г.
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Странствия
Входимость: 7. Размер: 44кб.
Часть текста: Пошли вместе, вошли в подвальный этаж дома, долго шли по какому-то подземелью, постучали наконец в маленькую дверку. Она отворилась в низок под каменным сводом. В низке было очень жарко: посредине стояла железная печка, докрасна раскаленная. Старичок поднялся мне навстречу на растоптанных, трясущихся ногах и сказал нечто совершенно непривычное теперь для слуха: «Имею честь кланяться»! Выцветшие, слезящиеся глаза, серые бакенбарды; давно небритый подбородок зарос густыми молочными волосами. Весь низок, все стены сплошь увешаны яркими лубочными картинами — святые, истязуемые мученики, блаженные и юродивые, виды монастырей, пустынь, скитов; целая стена занята большим киотом с нестерпимо блестящими золотыми образами, перед которыми разноцветно теплятся лампадки — зеленые, малиновые, голубые. Углы завалены духовными книжками, житиями. Запах лампадного масла, кипариса, воска и жар от печки были тоже нестерпимы. — Да-с, тепло! — сказал, грустно усмехаясь, старичок. — Не в пример...
2. Жизнь Арсеньева
Входимость: 6. Размер: 103кб.
Часть текста: возрасте, - тем более, что я еще совсем не ощущаю его бремени, - и, значит, был бы избавлен от мысли, что мне будто бы полагается лет через десять или двадцать умереть. А родись я и живи на необитаемом острове, я бы даже и о самом существовании смерти не подозревал. "Вот было бы счастье !" - хочется прибавить мне. Но кто знает? Может быть, великое несчастье. Да и правда ли, что не подозревал бы? Не рождаемся ли мы с чувством смерти? А если нет, если бы не подозревал, любил ли бы я жизнь так, как люблю и любил? О роде Арсеньевых, о его происхождении мне почти ничего не известно. Что мы вообще знаем! Я знаю только то, что в Гербовнике род наш отнесен к тем, "происхождение коих теряется во мраке времен". Знаю, что род наш "знатный, хотя и захудалый" и что я всю жизнь чувствовал эту знатность, гордясь и радуясь, что я не из тех, у кого нет ни рода, ни племени. В Духов день призывает Церковь за литургией "сотворить память всем от века умершим". Она возносит в этот день прекрасную и полную глубокого смысла молитву: - Вси рабы Твоя, Боже, упокой во дворех Твоих и в недрех Авраама, - от Адама даже до днесь послужившая Тебе чисто отцы и братiи наши, други и сродники! Разве случайно сказано здесь о служении? И разве не радость чувствовать свою связь, соучастие "с отцы и братiи наши, други и сродники", некогда совершавшими это служение? Исповедовали наши древнейшие пращуры учение "о чистом, непрерывном пути Отца всякой жизни", переходящего от смертных родителей к смертным чадам их - жизнью бессмертной, "непрерывной", веру в то, что это волей Агни заповедано блюсти чистоту, непрерывность крови, породы, дабы не был "осквернен", то есть прерван этот "путь", и что с каждым рождением должна все более очищаться кровь рождающихся и возрастать их родство, близость с ним, единым Отцом всего сущего. Среди моих предков было, верно, не мало и дурных. Но все ...
3. Кошемчук Т. А.: О новозаветной перспективе ветхозаветной темы в историософии И. А. Бунина
Входимость: 5. Размер: 25кб.
Часть текста: открывающего значение предшествующих религиозных эпох в их связи с настоящим и через настоящее. Тема ветхозаветной духовности и стилистики в творчестве И. А. Бунина, разработанная В. А. Котельниковым, может быть продолжена и развита – акцентированием некоторых существенных ее аспектов, вплоть до выявления напряженнейших, даже трагических ее тонов, и далее сверхсмысла темы, ее исхода из мрака в свет – именно так дается в бунинской религиозной историософии. Не только чуткость к различным религиозным системам и умение проживать и воспроизводить в своем опыте их характерное звучание отличает Бунина с его глубочайшим интересом к миру Востока как колыбели собственной, христианской системы ценностей, но и опыт мыслителя, историософа и отчасти богослова, открывающего значение предшествующих религиозных эпох в их связи с настоящим и через настоящее. Уникальность Бунина-мыслителя, обращающегося к миру религии через художественное, поэтическое его преломление, определяется, прежде всего, его глубинной, корневой, врожденной, генетической связью с русской христианской традицией – этот опыт глубинной причастности становится для Бунина предметом осмысления. С другой стороны, не традиция как таковая в центре его духовной жизни, не ее проживание или осмысление на философских путях определяет его религиозность. Но, скорее,...
4. Из цикла "Странствия"
Входимость: 5. Размер: 29кб.
Часть текста: бедное, жалкое, следы жизни уже давней и забытой! Вспоминаю Остафьево, где был перед этим. Там, в кабинете Карамзина, лежат под стеклом кое-какие вещи Пушкина: черный жилет, белая бальная перчатка, оранжевая палка с ременной кисточкой… Потом — восковая свеча с панихиды по нем… Смотрел — стеснялось дыханье. Как все хорошо, безжизненно и печально! Век еще более давний и потому кажущийся гораздо богаче, тоньше… * * * …Недавно, в прекрасный сентябрьский вечер, шел в Данилов монастырь. Когда подходил, ударил большой колокол. Вот звук! Золотой, глухой, подземный… На могиле Гоголя таинственно и грустно светил огонек неугасимой лампады и лежали свежие цветы. Возле стояли, кланялись и крестились старичок и старушка, очень старомодные, милые и жалкие. Я спросил, кто это так хорошо содержит могилу. Старичок ответил: «Монахи. А вы думаете, что все погибло? Нет еще…» — затрясся и заплакал. Старушка взяла его под руку: «Пойдем, пойдем, ты совсем впал в детство», — и повела его, плачущего, по дорожкам к воротам. * * * …Вчера весь...
5. Заметки (об И. Ф. Наживине)
Входимость: 5. Размер: 10кб.
Часть текста: не замучен, не умер от разрыва сердца, от скорби, от боли за свою родину и от стыда быть человеком талантливый и умный русский писатель, то есть писатель редкий, ибо талант и ум вещи вообще редкие, писатель, не погубивший ни своего ума, ни своего таланта среди всяческой мерзости, которая так пышно цвела в русской литературе за последние десятилетия, — Ив. Ф. Наживин. Был и есть он крестьянин по рождению, прошел все, что полагается пройти, чтобы стать на уровне своего времени в смысле образования и развития, жил долго в Европе, был и толстовцем и левым, возвратился затем на родину, прожил целых два года в революции в среде своих кровных односельчан и той интеллигенции, к которой он принадлежал по умственным и духовным интересам, много видел, много страдал, много думал и многое переоценил за это время, и подвел некий итог всего этого, — написал замечательную книжку «Что же нам делать?», драгоценную по своей искренности, по своему таланту и, главное, по документальности, по наблюдению и изображению той подлинной, а не выдуманной русской жизни, чувства, ощущения, да даже и простого знания которой так недоставало нам всегда и, что всего ужаснее, так недостает и теперь. И вот этого человека за эту книжку начинают зло, грубо, самым непристойным образом травить. По какой причине? А по той простой причине, что он посмел сказать кое-что не так, как это полагается по канону левых. Можно было бы, кажется, просто возразить человеку: «Ты, по нашему мнению, ошибаешься, ты не прав вот потому-то и потому-то». Можно было бы даже сильнее выразиться:...

© 2000- NIV