Cлово "ОСТРЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ОСТРО, ОСТРЫМИ, ОСТРЕЕ, ОСТРУЮ

1. Митина любовь
Входимость: 11.
2. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 9.
3. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 7.
4. Суходол
Входимость: 6.
5. Жизнь Арсеньева
Входимость: 6.
6. Шулятиков В. М.: Этапы новейшей русской лирики
Входимость: 6.
7. Смирнова Л.: И. А. Бунин
Входимость: 6.
8. Фокин П., Сыроватко Л.: Бунин без глянца (ознакомительный фрагмент). Мировосприятие
Входимость: 5.
9. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава вторая
Входимость: 5.
10. Игнат
Входимость: 5.
11. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 8)
Входимость: 5.
12. Из записей ("Рассказ моего гувернера о Гоголе... ")
Входимость: 4.
13. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 4.
14. Дневники Бунина (1881-1953)
Входимость: 4.
15. Деревня (часть 1)
Входимость: 4.
16. Гиппиус З. Н.: Тайна зеркала
Входимость: 4.
17. Устами Буниных. 1915 - 1918 гг.
Входимость: 4.
18. Итоги
Входимость: 4.
19. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава V
Входимость: 4.
20. Грин Милица: Письма М. А. Алданова к И. А. и В. Н. Буниным
Входимость: 4.
21. Рассказы о Палестине Бунина
Входимость: 3.
22. Генрих
Входимость: 3.
23. Дневники Бунина (1917)
Входимость: 3.
24. Саакянц Анна: Проза позднего Бунина
Входимость: 3.
25. Под серпом и молотом
Входимость: 3.
26. Апрель
Входимость: 3.
27. Устами Буниных. 1919 г. Часть 2.
Входимость: 3.
28. Адамович Г. В. - Буниной В. Н., 23 августа 1953 г.
Входимость: 3.
29. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 3.
30. Я все молчу
Входимость: 3.
31. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава третья
Входимость: 3.
32. Волошин М. А.: Лики творчества (Брюсов, Городецкий, Бунин, Бальмонт)
Входимость: 3.
33. Птицы небесные
Входимость: 3.
34. Белая лошадь
Входимость: 3.
35. Айхенвальд Ю. И.: Иван Бунин
Входимость: 2.
36. Фокин П., Сыроватко Л.: Бунин без глянца (ознакомительный фрагмент). Творчество
Входимость: 2.
37. Сверчок
Входимость: 2.
38. Василевский Л. М.: Среди писателей
Входимость: 2.
39. Братья
Входимость: 2.
40. При дороге
Входимость: 2.
41. Устами Буниных. 1922 - 1923 гг.
Входимость: 2.
42. Записная книжка (о современниках, о Горьком)
Входимость: 2.
43. Безумный художник
Входимость: 2.
44. Красный генерал
Входимость: 2.
45. Без роду-племени
Входимость: 2.
46. Воды многие
Входимость: 2.
47. Ночлег
Входимость: 2.
48. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 4)
Входимость: 2.
49. Деревня (часть 3)
Входимость: 2.
50. Дневники Бунина (1916)
Входимость: 2.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Митина любовь
Входимость: 11. Размер: 116кб.
Часть текста: Они с Катей шли в двенадцатом часу утра вверх по Тверскому бульвару. Зима внезапно уступила весне, на солнце было почти жарко. Как будто правда прилетели жаворонки и принесли с собой тепло, радость. Все было мокро, все таяло, с домов капали капели, дворники скалывали лед с тротуаров, сбрасывали липкий снег с крыш, всюду было многолюдно, оживленно. Высокие облака расходились тонким белым дымом, сливаясь с влажно синеющим небом. Вдали с благостной задумчивостью высился Пушкин, сиял Страстной монастырь. Но лучше всего было то, что Катя, в этот день особенно хорошенькая, вся дышала простосердечием и близостью, часто с детской доверчивостью брала Митю под руку и снизу заглядывала в лицо ему, счастливому даже как будто чуть-чуть высокомерно, шагавшему так широко, что она едва поспевала за ним. Возле Пушкина она неожиданно сказала: - Как ты смешно, с какой-то милой мальчишеской неловкостью растягиваешь свой большой рот, когда смеешься. Не обижайся, за эту-то улыбку я и люблю тебя. Да вот еще за твои византийские глаза... Стараясь не улыбаться, пересиливая и тайное довольство, и легкую обиду, Митя дружелюбно ответил, глядя на памятник, теперь уже высоко поднявшийся перед ними: - Что до мальчишества, то в этом отношении мы, кажется, недалеко ушли друг от друга. А на византийца я похож так же, как ты на китайскую императрицу. Вы все просто помешались на этих Византиях, Возрождениях... Не понимаю я твоей матери! - Что ж, ты бы на ее месте меня в терем запер? - спросила Катя. - Не в терем, а просто на порог не пускал бы всю эту якобы артистическую богему, всех этих будущих знаменитостей из студий и консерваторий, из театральных школ, - ...
2. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 9. Размер: 204кб.
Часть текста: тотчас же идти опять в редакцию, поскорее продолжить всю ту праздничность новых впечатлений, которыми так щедро одарила меня судьба вчера. Но идти немедленно было никак нельзя: "Как, он опять пришел? И опять с утра?!" - Я пошел по городу. Сперва, как вчера, вниз по Волховской, с Волховской по Московской, длинной торговой улице, ведущей на вокзал, шел по ней, пока она, за какими-то запыленными триумфальными воротами, не стала пустынной и бедной, свернул с нее в еще более бедную Пушкарную Слободу, оттуда вернулся опять на Московскую. Когда же спустился с Московской к Орлику, перешел старый деревянный мост, дрожавший и гудевший от едущих, и поднялся к присутственным местам, по всем церквам трезвонили, и вдоль бульвара, навстречу мне, на паре больших вороных, шедших споро, но мерно, в достойной противоположности с этим трезвоном, прокатил в карете архиерей, благостным мановением руки осенявший влево и вправо всех встречных. В редакции было опять людно, бодро работала за своим большим столом маленькая Авилова, только ласково улыбнувшаяся мне и тотчас опять склонившаяся к столу. Завтрак был опять долгий, веселый, после завтрака я слушал, как Лика бурно играла на рояли, потом качался с ней и с Оболенской на качелях в саду. После чая Авилова показывала мне дом, водила по всем комнатам. В спальне я увидал на стене портрет, - из рамы недовольно смотрел кто-то волосатый, в очках, с костлявыми широкими...
3. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 7. Размер: 111кб.
Часть текста: травой, старые ветлы, местами еще стоявшие справа и слева вдоль ее просторного и пустынного полотнища, вид имели одинокий и грустный. Помню одну особенно, ее дуплистый и разбитый грозой остов. На ней сидел, черной головней чернел большой ворон, и отец сказал, очень поразив этим мое воображенье, что вороны живут по несколько сот лет и что, может быть, этот ворон жил еще при татарах... В чем заключалось очарованье того, что он сказал и что я почувствовал тогда? В ощущеньи России и того, что она моя родина? В ощущеньи связи с былым, далеким, общим, всегда расширяющим нашу душу, наше личное существование, напоминающим нашу причастность к этому общему? Он сказал, что этими местами шел когда-то с низов на Москву и по пути дотла разорил наш город сам Мамай, а потом - что сейчас мы будем проезжать мимо Становой, большой деревни, еще недавно бывшей знаменитым притоном разбойников и особенно прославившейся каким-то Митькой, таким страшным душегубом, что его, после того, как он наконец был пойман, не просто казнили, а четвертовали. Помню, что как раз в это время, между Становой и нами, влево от большой дороги, шел еще никогда не виденный мной поезд. Сзади нас склонялось к закату солнце и в упор освещало эту быстро обгонявшую нас, бегущую в сторону города как бы заводную игрушку - маленький, но заносчивый паровозик, из головастой трубы которого валил назад хвост дыма, и зеленые, желтые и синие домики с ...
4. Суходол
Входимость: 6. Размер: 114кб.
Часть текста: сказывали: была она птишницей, индюшат под ее начальством было несть числа, захватил их град на выгоне и запорол всех до единого... Кинулась бечь она, добежала, глянула -да и дух вон от ужасти! - А отчего ты замуж не пошла? - Да жених не вырос еще. - Нет, без шуток? - Да говорят, будто госпожа, ваша тетенька, заказывала. За то-то и меня, грешную, барышней ославили. - Ну-у, какая же ты барышня! - В аккурат-с барышня! - отвечала Наталья с тонкой усмешечкой, морщившей ее губы, и обтирала их темной старушечьей рукой. - Я ведь молочная Аркадь Петровичу, тетенька вторая ваша... Подрастая, все внимательнее прислушивались мы к тому, что говорилось в нашем доме о Суходоле: все понятнее становилось непонятное прежде, все резче выступали странные особенности суходольской жизни. Мы ли не чувствовали, что Наталья, полвека своего прожившая с нашим отцом почти одинаковой жизнью,- истинно родная нам, столбовым господам Хрущевым! И вот оказывается, что господа эти загнали отца ее в солдаты, а мать в такой трепет, что у нее сердце разорвалось при виде погибших индюшат! - Да и правда, - говорила Наталья, - когда было не пасть замертво от такой оказии? Господа за Можай ее загнали бы! А потом узнали мы о Суходоле нечто еще более странное: узнали, что проще, добрей суходольских господ "во всей вселенной не было", но узнали и то, что не было и "горячее" их; узнали, что темен и сумрачен был старый суходольский дом, что сумасшедший дед наш Петр Кириллыч был убит в этом доме незаконным сыном...
5. Жизнь Арсеньева
Входимость: 6. Размер: 103кб.
Часть текста: когда именно я родился. Если бы не сказали, я бы теперь и понятия не имел о своем возрасте, - тем более, что я еще совсем не ощущаю его бремени, - и, значит, был бы избавлен от мысли, что мне будто бы полагается лет через десять или двадцать умереть. А родись я и живи на необитаемом острове, я бы даже и о самом существовании смерти не подозревал. "Вот было бы счастье !" - хочется прибавить мне. Но кто знает? Может быть, великое несчастье. Да и правда ли, что не подозревал бы? Не рождаемся ли мы с чувством смерти? А если нет, если бы не подозревал, любил ли бы я жизнь так, как люблю и любил? О роде Арсеньевых, о его происхождении мне почти ничего не известно. Что мы вообще знаем! Я знаю только то, что в Гербовнике род наш отнесен к тем, "происхождение коих теряется во мраке времен". Знаю, что род наш "знатный, хотя и захудалый" и что я всю жизнь чувствовал эту знатность, гордясь и радуясь, что я не из тех, у кого нет ни рода, ни племени. В Духов день призывает Церковь за литургией "сотворить память всем от века умершим". Она возносит в этот день прекрасную и полную глубокого смысла молитву: - Вси рабы Твоя, Боже, упокой во дворех Твоих и в недрех Авраама, - от Адама даже до днесь послужившая Тебе чисто отцы и братiи наши, други и сродники! Разве случайно сказано здесь о служении? И разве не радость чувствовать свою связь, соучастие "с отцы и братiи наши, други и сродники", некогда совершавшими это служение? Исповедовали наши древнейшие пращуры учение "о чистом, непрерывном пути Отца всякой жизни", переходящего от смертных родителей к смертным чадам их - жизнью бессмертной, "непрерывной", веру в то, что это волей Агни заповедано блюсти чистоту, непрерывность крови, породы, дабы не был "осквернен", то есть прерван этот "путь", и что с каждым рождением должна все более очищаться кровь рождающихся и возрастать их родство, близость с ним, единым Отцом всего сущего. Среди моих предков было, верно, ...

© 2000- NIV