Cлово "ЗОЛОТИСТЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЗОЛОТИСТО, ЗОЛОТИСТА, ЗОЛОТИСТЫ, ЗОЛОТИСТЫМИ

1. Рассказы о Палестине Бунина
Входимость: 10.
2. Тень птицы
Входимость: 5.
3. Суходол
Входимость: 4.
4. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 4.
5. На даче
Входимость: 4.
6. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 6)
Входимость: 3.
7. Камень
Входимость: 3.
8. Дневники Бунина (1917)
Входимость: 3.
9. Пустыня дьявола
Входимость: 3.
10. Соотечественник
Входимость: 3.
11. Песнь о Гайавате. Пост Гайаваты
Входимость: 3.
12. Натали
Входимость: 3.
13. Море богов
Входимость: 3.
14. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 3.
15. Свет Зодиака
Входимость: 3.
16. Господин из Сан-Франциско
Входимость: 2.
17. Михайлова М. В.: "Господин из Сан-Франциско" - судьба мира и цивилизации
Входимость: 2.
18. Страна содомская
Входимость: 2.
19. Митина любовь
Входимость: 2.
20. Далекое
Входимость: 2.
21. Русак
Входимость: 2.
22. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава шестая
Входимость: 2.
23. Ночь
Входимость: 2.
24. Веселый двор
Входимость: 2.
25. Братья
Входимость: 2.
26. Игнат
Входимость: 2.
27. Деревня (часть 3)
Входимость: 2.
28. Золотое дно
Входимость: 2.
29. Дельта
Входимость: 2.
30. Маленький роман
Входимость: 2.
31. Иудея
Входимость: 2.
32. Галя Ганская
Входимость: 1.
33. Весенний вечер
Входимость: 1.
34. Игроки
Входимость: 1.
35. Дневники Бунина (1941)
Входимость: 1.
36. * * * ("Осыпаются астры в садах")
Входимость: 1.
37. Камарг
Входимость: 1.
38. Е. А. Баратынский (По поводу столетия со дня рождения)
Входимость: 1.
39. Костер
Входимость: 1.
40. Аглая
Входимость: 1.
41. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава четвертая
Входимость: 1.
42. В поле
Входимость: 1.
43. Бунин И. А. - Бунину Ю. А., 15 октября 1898 г.
Входимость: 1.
44. Темные аллеи
Входимость: 1.
45. Метеор
Входимость: 1.
46. Антоновские яблоки
Входимость: 1.
47. Мелитон
Входимость: 1.
48. Бунин И. А. - Пащенко В. В., Начало июля 1895 г.
Входимость: 1.
49. «Остров Сирен»
Входимость: 1.
50. Устами Буниных. 1912 - 1914 гг.
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Рассказы о Палестине Бунина
Входимость: 10. Размер: 71кб.
Часть текста: Бунина В 1907 году Иван Бунин и его жена Вера Муромцева-Бунина совершили поездку в Египет и в Святую Землю: в Яффо, Иерусалим, Хеврон, на Тивериадское озеро (Кинерет) и в Хайфу. В своей книге "Жизнь Бунина. Беседы с памятью" Муромцева-Бунина подробно описывает увиденное в Палестине. Впечатления от этой поездки легли в основу многих рассказов и стихов Бунина. На пароходе, идущем из Александрии в Яффо, чета Буниных познакомилась с известным в то время музыкантом Давидом Шором, также совершающим вместе с отцом путешествие в Святую Землю. С этого момента Бунины и Д.Шор путешествовали по Эрец-Исраэль вместе. В своих дневниках Шор описывает впечатления от этой поездки. Часть этих дневниковых записок была опубликована на иврите самим Шором в газете "Давар" от 5 декабря 1933 года Записки Д.С.Шора были обнаружены в архиве сотрудницей Еврейского университета в Иерусалиме Юлией Матвеевой, обработаны ею и опубликованы издательством "Гешарим" в 2001 году. Жизнь столкнула Д.С.Шора со многими замечательными людьми. Сам он также был известным в свое время деятелем культуры. Поэтому мемуары его...
2. Тень птицы
Входимость: 5. Размер: 43кб.
Часть текста: берега Новороссии скрылись вчера еще в полдень. Перед вечером скрылись и чайки... Quocumque adspicas nihil est nisi pontus et aer... Сизо-алый закат был холоден и мутен. Огонек, еще при свете заката вспыхнувший на верхушке мачты, был печален, как лампада над могилой. Неприятный ветер, крепко дувший по правому борту, рано согнал всех с палуб, и тяжелая черная труба хрипела, распуская по ветру космы дыма. А ночь с мутно-бледной луной и неясными тенями, едва означавшимися от вант и дыма, была еще холоднее... Шумно и тревожно было вчера утром. С тревожным и радостным чувством спустился я с одесской горы в этот постоянно волнующий меня мир порта - в этот усеянный мачтами город агентств, контор, складов, рельсовых путей, каменного угля, товаров. По жидкой весенней грязи среди сброда босяков и грузчиков-кавказцев с их чалмами из башлыков и орлиными глазами, среди извозчиков, волов, влачащих нагруженные телеги, и жалобно кричащих паровозов, пробрался я к черной громаде нашего переполненного людьми и грузом...
3. Суходол
Входимость: 4. Размер: 114кб.
Часть текста: детских разговоров с нею: - Ты ведь сирота, Наталья? - Сирота-с. Вся в господ своих. Бабушка-то ваша Анна Григорьевна куда как рано ручки белые сложила! Не хуже моего батюшки с матушкой. - А они отчего рано померли? - Смерть пришла, вот и померли-с. - Нет, отчего рано? - Так бог дал. Батюшку господа в солдаты отдали за провинности, матушка веку не дожила из-за индюшат господских. Я-то, конечно, не помню-с, где мне, а на дворне сказывали: была она птишницей, индюшат под ее начальством было несть числа, захватил их град на выгоне и запорол всех до единого... Кинулась бечь она, добежала, глянула -да и дух вон от ужасти! - А отчего ты замуж не пошла? - Да жених не вырос еще. - Нет, без шуток? - Да говорят, будто госпожа, ваша тетенька, заказывала. За то-то и меня, грешную, барышней ославили. - Ну-у, какая же ты барышня! - В аккурат-с барышня! - отвечала Наталья с тонкой усмешечкой, морщившей ее губы, и обтирала их темной старушечьей рукой. - Я ведь молочная Аркадь Петровичу, тетенька вторая ваша... Подрастая, все внимательнее прислушивались мы к тому, что говорилось в нашем доме о Суходоле: все понятнее становилось непонятное прежде, все резче выступали странные особенности суходольской жизни. Мы ли не чувствовали, что Наталья, полвека своего прожившая с нашим отцом почти одинаковой жизнью,- истинно родная нам, столбовым господам Хрущевым! И вот оказывается, что господа эти загнали отца ее в солдаты, а мать в такой трепет, что у нее сердце разорвалось при виде погибших индюшат! - Да и правда, - говорила Наталья, - когда было не пасть замертво от такой оказии? Господа за Можай ее загнали бы! А потом узнали мы о Суходоле нечто еще более...
4. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 4. Размер: 111кб.
Часть текста: живут по несколько сот лет и что, может быть, этот ворон жил еще при татарах... В чем заключалось очарованье того, что он сказал и что я почувствовал тогда? В ощущеньи России и того, что она моя родина? В ощущеньи связи с былым, далеким, общим, всегда расширяющим нашу душу, наше личное существование, напоминающим нашу причастность к этому общему? Он сказал, что этими местами шел когда-то с низов на Москву и по пути дотла разорил наш город сам Мамай, а потом - что сейчас мы будем проезжать мимо Становой, большой деревни, еще недавно бывшей знаменитым притоном разбойников и особенно прославившейся каким-то Митькой, таким страшным душегубом, что его, после того, как он наконец был пойман, не просто казнили, а четвертовали. Помню, что как раз в это время, между Становой и нами, влево от большой дороги, шел еще никогда не виденный мной поезд. Сзади нас склонялось к закату солнце и в упор освещало эту быстро обгонявшую нас, бегущую в сторону города как бы заводную игрушку - маленький, но заносчивый паровозик, из головастой трубы которого валил назад хвост дыма, и зеленые, желтые и синие домики с торопливо крутящимися под ними колесами. Паровоз, домики, возбуждавшие желанье пожить в них, их окошечки, блестевшие против солнца, этот быстрый и мертвый бег колес - все было очень странно и занятно; но хорошо помню, что все же гораздо больше влекло меня другое, то, что рисовалось моему воображенью там, за железной дорогой, где виднелись лозины таинственной и страшной Становой. Татары, Мамай, Митька... Несомненно, что именно в этот вечер впервые коснулось меня сознанье, что я русский и живу в России, а не просто в Каменке, в таком-то уезде, в такой-то волости, и я вдруг почувствовал эту Россию, почувствовал ее прошлое и настоящее, ее дикие, страшные и все же чем-то пленяющие особенности и свое кровное родство с ней... II Очень русское было все то, среди чего жил я в мои отроческие годы....
5. На даче
Входимость: 4. Размер: 74кб.
Часть текста: в комнатах. Но еще воздух и молодая майская зелень в росе были холодны и матовы, спальни дышали сном, теплом и покоем. Дом не походил на дачный; это был обыкновенный деревенский дом, небольшой, но удобный и покойный. Петр Алексеевич Примо, архитектор, занимал его уже пятое лето. Сам он больше бывал в разъездах или в городе. На даче жила его жена, Наталья Борисовна, и младший сын, Гриша. Старший, Игнатий, только что кончивший курс в университете, так же, как и отец, появлялся на даче гостем: он уже служил. В четыре часа в столовую вошла горничная. Сладко зевая, она переставляла мебель и шаркала половой щеткой. Потом она прошла через гостиную в комнату Гриши и поставила у кровати большие штиблеты на широкой подошве без каблука. Гриша открыл глаза. - Гарпина! - сказал он баритоном. Гарпина остановилась в дверях. - Чого? - спросила она шепотом. - Поди сюда. Гарпина покачала головой и вышла. - Гаприна! - повторил Гриша. - Та чого вам? - Поди сюда... на минутку. - Hе пiду, хоч зарiжте! Гриша подумал и крепко потянулся. - Ну, пошва вон! - Бариня загадали вчора спитать вас, чи попдете у город? - А дальше? - Казали, щоб не пздили, бо барин cьoгoлнi прыпдуть. Гриша, не отвечая, обувался. - Повотенце? - спросил он громко. - Та на столi - он! Не збудiть бариню... Заспанный, свежий и здоровый, в сером шелковом картузе, в широком костюме из легкой материи, Гриша вышел в гостиную, перекинул через плечо мохнатое полотенце, захватив стоявший в углу крокетный молоток, и, пройдя переднюю, отворил дверь на улицу, на...

© 2000- NIV