Cлово "ГЛУПЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ГЛУПО, ГЛУПА, ГЛУПАЯ, ГЛУПОЙ

1. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава V
Входимость: 7.
2. Суходол
Входимость: 6.
3. Автобиографические заметки
Входимость: 6.
4. "Пресловутая свинья"
Входимость: 5.
5. Воспоминания Бунина (страница 2)
Входимость: 5.
6. Устами Буниных. 1929 - 1930 гг.
Входимость: 5.
7. Чехов
Входимость: 5.
8. Воспоминания Бунина
Входимость: 5.
9. Окаянные дни (страница 2)
Входимость: 5.
10. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава шестая
Входимость: 4.
11. Дневники Бунина (1941)
Входимость: 4.
12. Деревня (часть 1)
Входимость: 4.
13. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 4.
14. Устами Буниных. 1941 г.
Входимость: 4.
15. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 4.
16. Устами Буниных. 1942 - 1943 гг.
Входимость: 3.
17. Бунин И. А. - Пащенко В. В., 4, 5, 6 сентября 1890 г.
Входимость: 3.
18. Три рубля
Входимость: 3.
19. Дневники Бунина (1942)
Входимость: 3.
20. Исход
Входимость: 3.
21. Руся
Входимость: 3.
22. Митина любовь
Входимость: 3.
23. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава IV
Входимость: 3.
24. Сны Чанга
Входимость: 3.
25. Деревня (часть 2)
Входимость: 3.
26. Заметки (по поводу критики предыдущей статьи)
Входимость: 3.
27. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 8)
Входимость: 3.
28. Натали
Входимость: 3.
29. Бунин И. А.: О Чехове. Часть первая. Глава III
Входимость: 3.
30. Устами Буниных. 1944 - 1948 гг.
Входимость: 3.
31. Визитные карточки
Входимость: 2.
32. Учитель
Входимость: 2.
33. Заметки ("Чудовищная нежная полнота")
Входимость: 2.
34. Бунин И. А. - Пащенко В. В., 23, 24 июня 1891 г.
Входимость: 2.
35. О Чехове
Входимость: 2.
36. Помещик Воргольский. Из очерков "Старое и новое"
Входимость: 2.
37. Гиппиус З. Н.: Тайна зеркала
Входимость: 2.
38. Окаянные дни
Входимость: 2.
39. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава I
Входимость: 2.
40. Бунин И. А.: Освобождение Толстого. Глава VII
Входимость: 2.
41. Бунин И. А. - Неизвестному лицу, После 19 марта 1892 г.
Входимость: 2.
42. Ночлег
Входимость: 2.
43. Устами Буниных. 1920 г.
Входимость: 2.
44. Записная книжка (по поводу критики)
Входимость: 2.
45. Заметки (по поводу второй годовщины октябрьского переворота)
Входимость: 2.
46. Старуха
Входимость: 2.
47. Смирнова Л.: И. А. Бунин
Входимость: 2.
48. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 10)
Входимость: 2.
49. Антигона
Входимость: 2.
50. Из "Великого дурмана"
Входимость: 2.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава V
Входимость: 7. Размер: 62кб.
Часть текста: перед нами, подобно бледным прозрачным теням, и они, в нашей памяти, легко перемещаются из одного его рассказа в другой, или просто забываются, - подобно людям, с которыми мы лишь случайно и на короткое время встретились в действительной жизни". (Подчеркнуто мною. Ив. Б.)  * * * "И тем не менее, как раз в нынешнее время Чехов, кажется, получил, наконец, полное признание, как раз теперь его уже не боятся именовать великим писателем. Что самое с этой точки зрения показательное, это, что такой оценки Чехов удостоился всё же раньше не у себя на родине, а в Англии". (Подчеркнуто мною. Ив. Б.)  * * * "Позволительно предположить, что чудесный рассказ "Дочь Альбиона" был внушен Чехову одним пассажем из "Фрегата Паллады", где речь идет о нравах английского населения в Сингапуре". (Подчеркнуто мною. Ив. Б.)  * * * ..."Есть у Чехова одно место в "Степи", кажущееся реминисценцией соответствующего пассажа в III-ьей гл. 1-го тома "Фрегата Паллады", написанной в форме письма к Бенедиктову".  * * * "Гоголя Чехов знал прекрасно, был глубоко проникнут его влиянием". (Подчеркнуто...
2. Суходол
Входимость: 6. Размер: 114кб.
Часть текста: I В Наталье всегда поражала нас ее привязанность к Суходолу. Молочная сестра нашего отца, выросшая с ним в одном доме, целых восемь лет прожила она у нас в Луневе, прожила как родная, а не как бывшая раба, простая дворовая. И целых восемь лет отдыхала, по ее же собственным словам, от Суходола, от того, что заставил он ее выстрадать. Но недаром говорится, что, как волка ни корми, он все в лес смотрит: выходив, вырастив нас, снова воротилась она в Суходол. Помню отрывки наших детских разговоров с нею: - Ты ведь сирота, Наталья? - Сирота-с. Вся в господ своих. Бабушка-то ваша Анна Григорьевна куда как рано ручки белые сложила! Не хуже моего батюшки с матушкой. - А они отчего рано померли? - Смерть пришла, вот и померли-с. - Нет, отчего рано? - Так бог дал. Батюшку господа в солдаты отдали за провинности, матушка веку не дожила из-за индюшат господских. Я-то, конечно, не помню-с, где мне, а на дворне сказывали: была она птишницей, индюшат под ее начальством было несть числа, захватил их град на выгоне и запорол всех до единого... Кинулась бечь она, добежала, глянула -да и дух вон от ужасти! - А отчего ты замуж не пошла? - Да жених не вырос еще. - Нет, без шуток? - Да говорят, будто госпожа, ваша тетенька, заказывала. За то-то и меня, грешную, барышней ославили. - Ну-у, какая же ты барышня! - В аккурат-с барышня! - отвечала Наталья с тонкой усмешечкой, морщившей ее губы, и обтирала их темной старушечьей рукой. - Я ведь молочная Аркадь Петровичу, тетенька вторая ваша... Подрастая, все внимательнее прислушивались мы к тому, что говорилось в нашем доме о Суходоле: все понятнее становилось непонятное прежде, все резче выступали странные особенности...
3. Автобиографические заметки
Входимость: 6. Размер: 78кб.
Часть текста: я, мальчик лет восьми, вдруг почувствовал горячее, беспокойное желание немедленно сочинить что-то вроде стихов или сказки, будучи внезапно поражен тем, на что случайно наткнулся в какой-то книжке с картинками: я увидал в ней картинку, изображавшую какие-то дикие горы, белый холст водопада и какого- то приземистого, толстого мужика, карлика с бабьим лицом, с раздутым горлом, то есть с зобом, стоявшего под водопадом с длинной палкой в руке, в небольшой шляпке, похожей на женскую, с торчащим сбоку птичьим пером, а под картинкой прочел подпись, поразившую меня своим последним словом, тогда еще, к счастью, неизвестном мне: «Встреча в горах с кретином». Кретин! Не будь этого необыкновенного слова, карлик с зобом, с бабьим лицом и в шляпке вроде женской показался бы мне, вероятно, только очень противным, и больше ничего. Но кретин? В этом слове мне почудилось что-то страшное, загадочное, даже как будто волшебное! И вот охватило меня вдруг поэтическим волнением. В тот день оно пропало даром, я не сочинил ни одной строчки, сколько ни старался сочинить. Но не был ли этот день все-таки каким-то началом моего писательства? Во всяком случае, можно подумать, будто некий пророческий знак был для меня в том, что наткнулся я в тот день на эту картинку, ибо во всей моей дальнейшей жизни пришлось мне иметь немало и своих собственных встреч с кретинами, на вид тоже довольно противными, хотя и без зоба, из коих некоторые, вовсе не будучи волшебными, были, однако, и впрямь...
4. "Пресловутая свинья"
Входимость: 5. Размер: 22кб.
Часть текста: против народа…» Распоряжение о выдаче «всем трудящимся» по восьмушке горохового хлеба, — в городе был ужасный голод, — и рядом воззвание: «Граждане! Все к спорту!..» Сообщение о том, что Нансен везет «десятки тысяч пудов» хлеба в Великороссию, «где, благодаря Антанте, ежемесячно умирают с голоду и от болезней сотни тысяч», и рядом стишки «Абрашки-Гармониста»: — «Тут вскочил как ошарашенный Колчак и присел от перепугу на стульчак…» Бесконечные телеграммы о «перевороте» в Афганистане, о революции в Турции, о революции в Испании, о революции в Египте, о революции в Сербии, о том, что «Клемансо в панике», что «Париж весь в баррикадах», что «рыбаки, прибывшие на шаланде из Вилкова, передают о поголовном восстании всех жителей по Дунаю…» «Манифест Временного Бессарабского Рабоче-Крестьянского правительства…» Болгарский коммунист Касанов «объявил войну Франции», — «смерть всем французским империалистам и издыхающей болгарской буржуазии!..» Громовая статья о необходимости...
5. Воспоминания Бунина (страница 2)
Входимость: 5. Размер: 57кб.
Часть текста: в Америку, встречались мы с ним от времени до времени очень дружески, по все же не так, как в ту встречу, когда, проговорив чуть не всю ночь на берегу моря, он обнял меня и сказал; "Будем друзьями навсегда!" Уж очень различны были наши жизненные пути, судьба все разъединяла нас, встречи наши были всегда случайны, чаще всего недолги и была, мне кажется, вообще большая сдержанность в характере моего высокаго друга. А в ту ночь мы были еще молоды, были далеки от сдержанности, как-то внезапно сблизились чуть не с первых слов, которыми обменялись в большом обществе, собравшемся, уже не помню почему, на веселый ужин в лучшей ялтинской гостинице "Россiя". Мы за ужином сидели рядом, пили шампанское Абрау-Дюрсо, потом вышли на террасу, продолжая разговор о том паденiи прозы и поэзiи" что совершалось в то время в русской литературе, незаметно спустились во двор гостиницы, потом на набережную, ушли на мол, - было уже поздно, нигде не было ни души, - сели на какiе-то канаты, дыша их дегтярным запахом и этой какой-то совсем особой свежестью, что присуща только черноморской воде, и говорили, говорили все горячей и радостнее уже о том чудесном, что вспоминалось нам из Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Фета, Майкова... Тут он взволнованно, медленно стал читать то стихотворенiе Майкова, на которое он, может быть, уже написал тогда или только мечтал написать музыку: Я в гроте ждал тебя в урочный час. Но день померк; главой качая сонной, Заснули тополи, умолкли гальцiоны: Напрасно! Месяц встал, сребрился и угас; Редела ночь; любовница Кефала, Облокотясь на рдяныя врата Младого дня, из кос своих роняла Златые зерна перлов и опала На синiя долины и...

© 2000- NIV