Cлово "ПОРА"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ПОР, ПОРУ, ПОРОЮ, ПОРОЙ

1. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 30. Размер: 204кб.
2. Жизнь Арсеньева
Входимость: 22. Размер: 103кб.
3. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава вторая
Входимость: 21. Размер: 69кб.
4. Твардовский А.: О Бунине
Входимость: 19. Размер: 103кб.
5. Суходол
Входимость: 17. Размер: 114кб.
6. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 17. Размер: 81кб.
7. При дороге
Входимость: 15. Размер: 51кб.
8. Записная книжка (о современниках, о Горьком)
Входимость: 15. Размер: 37кб.
9. Митина любовь
Входимость: 14. Размер: 116кб.
10. Деревня (часть 3)
Входимость: 14. Размер: 85кб.
11. Автобиографическая заметка
Входимость: 13. Размер: 30кб.
12. Жизнь Арсеньева. Книга вторая
Входимость: 13. Размер: 111кб.
13. Деревня (часть 1)
Входимость: 13. Размер: 111кб.
14. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 12. Размер: 95кб.
15. Шулятиков В. М.: Этапы новейшей русской лирики
Входимость: 12. Размер: 151кб.
16. У истока дней
Входимость: 11. Размер: 23кб.
17. Дневники Бунина (1917)
Входимость: 11. Размер: 73кб.
18. Устами Буниных. 1915 - 1918 гг.
Входимость: 11. Размер: 58кб.
19. Из записей ("Рассказ моего гувернера о Гоголе... ")
Входимость: 11. Размер: 62кб.
20. Куприн
Входимость: 11. Размер: 29кб.
21. Окаянные дни (страница 2)
Входимость: 11. Размер: 78кб.
22. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава четвертая
Входимость: 10. Размер: 56кб.
23. Антоновские яблоки
Входимость: 10. Размер: 31кб.
24. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава первая
Входимость: 10. Размер: 90кб.
25. Горький
Входимость: 10. Размер: 19кб.
26. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава V
Входимость: 10. Размер: 62кб.
27. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава третья
Входимость: 10. Размер: 92кб.
28. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 6)
Входимость: 9. Размер: 43кб.
29. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава шестая
Входимость: 9. Размер: 102кб.
30. Саакянц Анна: Проза позднего Бунина
Входимость: 9. Размер: 63кб.
31. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава IV
Входимость: 8. Размер: 104кб.
32. Устами Буниных. 1929 - 1930 гг.
Входимость: 8. Размер: 70кб.
33. Худая трава (Оброк)
Входимость: 8. Размер: 41кб.
34. Михайлов О. Н.: Страстное слово
Входимость: 8. Размер: 42кб.
35. Окаянные дни
Входимость: 8. Размер: 47кб.
36. Бунин И. А.: О Чехове. Часть первая. Глава II
Входимость: 8. Размер: 27кб.
37. Из "Великого дурмана"
Входимость: 8. Размер: 89кб.
38. Дневники Бунина (1940)
Входимость: 8. Размер: 52кб.
39. Устами Буниных. 1940 г.
Входимость: 8. Размер: 69кб.
40. Деревня (часть 2)
Входимость: 7. Размер: 58кб.
41. Устами Буниных. 1881 - 1903 гг.
Входимость: 7. Размер: 53кб.
42. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 10)
Входимость: 7. Размер: 69кб.
43. Под серпом и молотом
Входимость: 7. Размер: 49кб.
44. Веселый двор
Входимость: 7. Размер: 71кб.
45. Натали
Входимость: 7. Размер: 60кб.
46. Братья
Входимость: 7. Размер: 52кб.
47. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 8)
Входимость: 7. Размер: 77кб.
48. Саакянц А.: О Бунине и его прозе. Предисловие к сборнику рассказов
Входимость: 7. Размер: 57кб.
49. Ходасевич В. Ф.: Бунин, собрание сочинений
Входимость: 7. Размер: 18кб.
50. Дело корнета Елагина
Входимость: 7. Размер: 78кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 30. Размер: 204кб.
Часть текста: поскорее продолжить всю ту праздничность новых впечатлений, которыми так щедро одарила меня судьба вчера. Но идти немедленно было никак нельзя: "Как, он опять пришел? И опять с утра?!" - Я пошел по городу. Сперва, как вчера, вниз по Волховской, с Волховской по Московской, длинной торговой улице, ведущей на вокзал, шел по ней, пока она, за какими-то запыленными триумфальными воротами, не стала пустынной и бедной, свернул с нее в еще более бедную Пушкарную Слободу, оттуда вернулся опять на Московскую. Когда же спустился с Московской к Орлику, перешел старый деревянный мост, дрожавший и гудевший от едущих, и поднялся к присутственным местам, по всем церквам трезвонили, и вдоль бульвара, навстречу мне, на паре больших вороных, шедших споро, но мерно, в достойной противоположности с этим трезвоном, прокатил в карете архиерей, благостным мановением руки осенявший влево и вправо всех встречных. В редакции было опять людно, бодро работала за своим большим столом маленькая Авилова, только ласково улыбнувшаяся мне и тотчас опять...
2. Жизнь Арсеньева
Входимость: 22. Размер: 103кб.
Часть текста: не подозревал. "Вот было бы счастье !" - хочется прибавить мне. Но кто знает? Может быть, великое несчастье. Да и правда ли, что не подозревал бы? Не рождаемся ли мы с чувством смерти? А если нет, если бы не подозревал, любил ли бы я жизнь так, как люблю и любил? О роде Арсеньевых, о его происхождении мне почти ничего не известно. Что мы вообще знаем! Я знаю только то, что в Гербовнике род наш отнесен к тем, "происхождение коих теряется во мраке времен". Знаю, что род наш "знатный, хотя и захудалый" и что я всю жизнь чувствовал эту знатность, гордясь и радуясь, что я не из тех, у кого нет ни рода, ни племени. В Духов день призывает Церковь за литургией "сотворить память всем от века умершим". Она возносит в этот день прекрасную и полную глубокого смысла молитву: - Вси рабы Твоя, Боже, упокой во дворех Твоих и в недрех Авраама, - от Адама даже до днесь послужившая Тебе чисто отцы и братiи наши, други и сродники! Разве случайно сказано здесь о служении? И разве не радость чувствовать свою связь, соучастие "с отцы и братiи наши, други и сродники", некогда совершавшими это служение? Исповедовали наши древнейшие пращуры учение "о чистом, непрерывном пути Отца всякой жизни", переходящего от смертных родителей к...
3. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава вторая
Входимость: 21. Размер: 69кб.
Часть текста: всей его семье. Бывал он с ним и на охоте, когда Алексей Иванович был очарователен в своей несколько дикой красоте и отваге. Бунин выводит его в рассказе "Антоновские яблоки" - в лице Арсения Семеновича Клементьева. "... А на дворе трубит рог и завывают на разные голоса собаки. Черный борзой, любимец Арсения Семеновича, пользуясь суматохой, взлезает среди гостей на стол и начинает пожирать остатки зайца под соусом. Но вдруг он испускает страшный визг, опрокидывает тарелки и рюмки, срывается со стола: Арсений Семенович стоит и смеется. - Жалко, что промахнулся! - говорит он, играя глазами. Он высок ростом, худощав, но широкоплеч и строен, а лицом красавец-цыган. Глаза у него блестят дико, он очень ловок, в шелковой малиновой рубахе, в бархатных шароварах и длинных сапогах. Напугав и собаку, и гостей выстрелом, он декламирует баритоном: - Пора, пора седлать проворного донца И звонкий рог за плечи перекинуть! -- и громко говорит: - Ну, однако, нечего терять золотое время! ("Антоновские яблоки"). И вот этот жизнерадостный человек лежит на столе. "В том самом зале, где две недели тому назад он стоял и улыбался на пороге, щурясь от вечернего солнца и своей папиросы. Он лежал с закрытыми глазами, - до сих пор вижу их лиловато смуглую выпуклость, с великолепно расчесанными еще мокрыми смольными волосами и такой же бородой..." ("Жизнь Арсеньева"). Сначала Ваня тупо смотрел на покойника, ничего не чувствуя. Но к вечеру, к панихиде он понял, что случилось, и его объял ужас. Поражало и то, как "зловеще звучали возгласы священнослужителей, странно сменявшиеся радостно и беззаботно настойчивыми "Христос Воскресе из мертвых". ("Жизнь Арсеньева"). После панихиды к вдове...
4. Твардовский А.: О Бунине
Входимость: 19. Размер: 103кб.
Часть текста: само по себе в то время не могло вызвать к нему симпатии. В среде демократической интеллигенции еще памятен был исполненный достоинства отказ Чехова и Короленко от этого почетного звания в связи с отменой Николаем Вторым решения академии о присвоении такого же звания М. Горькому. Точно так же и Нобелевская премия, присужденная Бунину в 1933 году, — акция, носившая, конечно, недвусмысленно тенденциозный, политический характер, — художественная ценность творений Бунина была там лишь поводом, — естественно, не могла способствовать популярности имени писателя на его родине. За всю долгую писательскую жизнь Бунина был только один период, когда внимание к нему вышло за пределы внутрилитературных толков, — при появлении в 1910 году его повести «Деревня». О «Деревне» писали много, как ни об одной из книг Бунина ни до, ни после этой повести. Но нельзя переоценивать и этого исключительного в бунинской биографии случая. Отсюда еще далеко было до того, что называется славой писателя, подразумевая не полулегендарную прижизненную славу Толстого или Горького, но хотя бы тот обширный и шумный интерес в читательской среде, какой получали в свое время произведения литературных сверстников Бунина — Л. Андреева или А. Куприна. Бунин только теперь обретает у нас того большого читателя, которого достоин его поистине редкостный дар, хотя идеи, проблемы и самый материал действительности, послуживший основой его стихов и прозы, уже принадлежат истории. Вышедшее у нас несколько лет назад пятитомное собрание сочинений И. А. Бунина (весьма неполное и несовершенное) тиражом в двести пятьдесят тысяч экземпляров — цифра космическая в сравнении с заграничными тиражами бунинских изданий — давно разошлось. Кроме того, выходили однотомники...
5. Суходол
Входимость: 17. Размер: 114кб.
Часть текста: воротилась она в Суходол. Помню отрывки наших детских разговоров с нею: - Ты ведь сирота, Наталья? - Сирота-с. Вся в господ своих. Бабушка-то ваша Анна Григорьевна куда как рано ручки белые сложила! Не хуже моего батюшки с матушкой. - А они отчего рано померли? - Смерть пришла, вот и померли-с. - Нет, отчего рано? - Так бог дал. Батюшку господа в солдаты отдали за провинности, матушка веку не дожила из-за индюшат господских. Я-то, конечно, не помню-с, где мне, а на дворне сказывали: была она птишницей, индюшат под ее начальством было несть числа, захватил их град на выгоне и запорол всех до единого... Кинулась бечь она, добежала, глянула -да и дух вон от ужасти! - А отчего ты замуж не пошла? - Да жених не вырос еще. - Нет, без шуток? - Да говорят, будто госпожа, ваша тетенька, заказывала. За то-то и меня, грешную, барышней ославили. - Ну-у, какая же ты барышня! - В аккурат-с барышня! - отвечала Наталья с тонкой усмешечкой, морщившей ее губы, и обтирала их темной старушечьей рукой. - Я ведь молочная Аркадь Петровичу, тетенька вторая ваша... Подрастая, все внимательнее прислушивались мы к тому, что говорилось в нашем доме о Суходоле: все понятнее становилось непонятное прежде, все резче выступали странные особенности суходольской жизни. Мы ли не чувствовали, что Наталья, полвека своего прожившая с нашим отцом почти одинаковой жизнью,- истинно родная нам, столбовым господам Хрущевым! И вот оказывается, что господа эти загнали отца ее в солдаты, а мать в такой трепет, что у нее сердце разорвалось при виде погибших индюшат! - Да и правда, - говорила Наталья, - когда было не пасть замертво от такой оказии? Господа за Можай ее загнали бы! А потом...

© 2000- NIV