Cлово "ОХОТА"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ОХОТУ, ОХОТЫ, ОХОТЕ, ОХОТОЙ

1. Катаев В.: Живительная сила памяти. "Антоновские яблоки" И. Бунина
Входимость: 14.
2. Ловчий
Входимость: 10.
3. Антоновские яблоки
Входимость: 8.
4. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 5.
5. Автобиографическая заметка
Входимость: 5.
6. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава вторая
Входимость: 5.
7. Суходол
Входимость: 4.
8. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава первая
Входимость: 4.
9. Песнь о Гайавате. Привидения
Входимость: 3.
10. Под серпом и молотом
Входимость: 3.
11. Твардовский А.: О Бунине
Входимость: 3.
12. Бунин И. А.: Освобождение Толстого. Глава X
Входимость: 3.
13. Деревня (часть 3)
Входимость: 3.
14. Божье древо
Входимость: 3.
15. * * * ("Что молодость! Я часто на охоту…")
Входимость: 3.
16. Воспоминания Бунина (страница 4)
Входимость: 3.
17. Жизнь Арсеньева
Входимость: 3.
18. В поле
Входимость: 2.
19. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 10)
Входимость: 2.
20. Учитель
Входимость: 2.
21. Бунин И. А.: Освобождение Толстого. Глава II
Входимость: 2.
22. Волошин
Входимость: 2.
23. Песнь о Гайавате. Трубка мира
Входимость: 2.
24. Инония и Китеж (К 50-летию со дня смерти гр. А. К. Толстого)
Входимость: 2.
25. Песнь о Гайавате. Пост Гайаваты
Входимость: 2.
26. Князь во князьях
Входимость: 2.
27. Жизнь Арсеньева. Книга третья
Входимость: 2.
28. Захар Воробьев
Входимость: 2.
29. Песнь о Гайавате. Плач Гайаваты
Входимость: 2.
30. Воспоминания Бунина (страница 3)
Входимость: 2.
31. Окаянные дни (страница 3)
Входимость: 2.
32. Куприн
Входимость: 2.
33. Василевский Л. М.: Среди писателей
Входимость: 1.
34. Галина Кузнецова. Грасский дневник
Входимость: 1.
35. Первые литературные шаги
Входимость: 1.
36. Аглая
Входимость: 1.
37. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 4)
Входимость: 1.
38. Песнь о Гайавате. Письмена
Входимость: 1.
39. Город царя царей
Входимость: 1.
40. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава четвертая
Входимость: 1.
41. Храм Солнца
Входимость: 1.
42. К роду отцов своих
Входимость: 1.
43. Жизнь Арсеньева. Книга пятая
Входимость: 1.
44. Бунин И. А. - Телешову Н. Д., 23 января 1899 г.
Входимость: 1.
45. Пересветов Н. А.: Наши беседы. У И. А. Бунина
Входимость: 1.
46. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава пятая
Входимость: 1.
47. Бунин И. А. - Зурову Л. Ф., 6 октября 1929 г.
Входимость: 1.
48. "Мы не позволим" (О статье Александрова о Есенине)
Входимость: 1.
49. Бунина В. Н. - Логиновой-Муравьевой Т. Д., 20 марта 1948 г.
Входимость: 1.
50. Бунин И. А. - Пащенко В. В., 14 августа 1891 г.
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Катаев В.: Живительная сила памяти. "Антоновские яблоки" И. Бунина
Входимость: 14. Размер: 36кб.
Часть текста: бунинский рассказ А. М. Горький: «Большое спасибо за „Яблоки“. Это — хорошо. Тут Иван Бунин, как молодой бог, спел. Красиво, сочно, душевно: Злой и глупый отзыв Потапенко в „России“ — смешон». Есть своя знаменательность в том, что «Антоновские яблоки» написаны в 1900 году, на грани двух столетий. Позади весь XIX век, великолепное здание русской классической литературы, создававшееся поколениями писателей, уже высится. Всякий новый строитель, вступающий на леса этого здания, должен чувствовать за собой вековую традицию. В числе того самого важного, из чего образовался «жизненный состав» Бунина-писателя, были проза Гоголя и Тургенева, Толстого и Чехова, стихи Пушкина и Фета. Выбрать и усвоить из богатейшего наследия то, что отвечает собственным устремлениям, художническому и социальному опыту человека, живущего на рубеже веков, и обогатить это новым видением, развитием традиций (в чем и состоит одна из главных традиций великой русской литературы) — такую задачу выполнил своим творчеством Бунин. «Антоновские яблоки» — рассказ, пустивший корни в вековую толщу русских литературных традиций. Здесь же, как в зерне, можно найти те родовые, главные черты бунинского мировосприятия, бунинского стиля, которые разовьются потом, в последующем творчестве писателя. А Бунину, начавшему писать и печататься еще в восьмидесятые годы XIX века, доведется прожить и большую половину века XX (он умер в 1953 году). Такие рассказы Бунина, как «Антоновские яблоки», дали толчок и...
2. Ловчий
Входимость: 10. Размер: 14кб.
Часть текста: простого русака оследить, и то надо ум иметь. Вот хоть взять охотничий подклик - тут не одно хайло нужно! Тут кураж нужен. А я, бывало, как наддам: «О, гой!» - так весь лес дрогнет! Опричь того, был дедушка ваш охотник смертный, завзятый, - ему угодить не всякий мог. Была у него заветная наложница, девка именем Малашка, - я потом расскажу вам как-нибудь, как я из-за нее погиб, попал под страшный сюркуп... Уж как он людей своих терзал, до чего неприступен был! А эта Малашка просто веревки из него вила, он за нежное ее притворство на все был готов. «Она мне, Леонтий, миляе всех на свете!» Так прямо и говаривал мне. Я ему в ответ, что не может того быть, что, мол, это вы только замысловато шутить изволите, а он мне тверже того: «Нет, не шучу, и ты изволь слушать меня с примечанием». Ну, а я все противных мыслей был, все думал про себя: погодите, сударь, покажет она вам себя в некий срок! Ведь на сусле пива не узнаешь, ведь сейчас-то она пока девчонка, а вот как станет в лета входить... Они же между тем вдаль свои мечты не простирали, - мол, когда-то еще это будет! Мы такое заведение имели, после осенних охот был у нас завсегда большой публичный стол, так что же вы думаете? - они эту девку с гостями сажали! Ну, а после Малашки нащет охоты с ума сходили, и охоту держали мы истинно знаменитую. Так собаку любить, как дедушка любили, никто во вселенной не мог. Они всякую охоту обожали, - и ла шас о леврье и о шьен куран, - иной раз интересовались даже и мокрой, а весной по брызгам... - Какой мокрой? - А всякой, значит, болотной. И каких только собак у нас не было! Были понтеры, были сеттеры, были лягавые, а борзым и гончим и счет потеряешь - их за усадьбой целый стан у нас стоял. Ну и я гончих и борзых любил - может, не меньше дедушки. Из того и холостой навек остался, не увлекался самыми первыми красавицами. Да и некогда было, круглый год только стая на уме. Да и...
3. Антоновские яблоки
Входимость: 8. Размер: 31кб.
Часть текста: мне ранняя погожая осень. Август был с теплыми дождиками, как будто нарочно выпадавшими для сева, с дождиками в самую пору, в середине месяца, около праздника св. Лаврентия. А "осень и зима хороши живут, коли на Лаврентия вода тиха и дождик". Потом бабьим летом паутины много село на поля. Это тоже добрый знак: "Много тенетника на бабье лето - осень ядреная"... Помню раннее, свежее, тихое утро... Помню большой, весь золотой, подсохший и поредевший сад, помню кленовые аллеи, тонкий аромат опавшей листвы и - запах антоновских яблок, запах меда и осенней свежести. Воздух так чист, точно его совсем нет, по всему саду раздаются голоса и скрип телег. Это тархане, мещане-садовники, наняли мужиков и насыпают яблоки, чтобы в ночь отправлять их в город, - непременно в ночь, когда так славно лежать на возу, смотреть в звездное небо, чувствовать запах дегтя в свежем воздухе и слушать, как осторожно поскрипывает в темноте длинный обоз по большой дороге. Мужик, насыпающий яблоки, ест их сочным треском одно за одним, но уж таково заведение - никогда мещанин не оборвет его, а еще скажет: - Вали, ешь досыта, - делать нечего! На сливанье все мед пьют. И прохладную тишину утра нарушает только сытое квохтанье дроздов на коралловых рябинах в чаще сада, голоса да гулкий стук ссыпаемых в меры и кадушки яблок. В поредевшем саду далеко видна дорога к большому шалашу, усыпанная соломой, и самый шалаш, около которого мещане обзавелись за лето целым хозяйством. Всюду сильно пахнет яблоками, тут - особенно. В шалаше устроены постели, стоит одноствольное ружье, позеленевший самовар, в уголке - посуда. Около шалаша валяются рогожи, ящики, всякие истрепанные пожитки, вырыта земляная печка. В полдень...
4. Жизнь Арсеньева. Книга четвертая
Входимость: 5. Размер: 95кб.
Часть текста: черед. И все таки, как водится, никто из нас (кроме, конечно, матери) ничего не додумывал, я тем более. II Опять, еще раз была весна. И опять казалась она мне такой, каких еще не было, началом чего-то совсем не похожего на все мое прошлое. Во всяком выздоровлении бывает некое особенное утро, когда, проснувшись, чувствуешь наконец уже полностью ту простоту, будничность, которая и есть здоровье, возвратившееся обычное состояние, хотя и отличающееся от того, что было до болезни, какою-то новой опытностью, умудренностью. Так проснулся и я однажды в тихое и солнечное майское утро в своей угловой комнате, окна которой я, по молодости, не имел надобности завешивать. Я откинул одеяло, чувствуя спокойное довольство всех своих молодых сил и все то здоровое, молодое тепло, которым нагрел я за ночь постель и себя самого. В окна светило солнце, от верхних цветных стекол на полу горели синие и рубиновые пятна. Я поднял нижние рамы - утро было уже похоже на летнее, со всей мирной простотой, присущей лету, его утреннему мягкому и чистому воздуху, запахам солнечного сада со всеми его травами, цветами, бабочками. Я умылся, оделся и стал молиться на образа, висевшие в южном углу комнаты и всегда вызывавшие во мне своей арсеньевской стариной что-то обнадеживающее, покорное непреложному и бесконечному течению земных дней. На балконе пили чай и разговаривали. Был опять брат Николай, - он часто приходил к нам по утрам. И он говорил - очевидно, обо мне: - Да что ж тут думать? Конечно, надо служить, поступить куда-нибудь на место... Думаю, что Георгию все таки удастся устроить его где-нибудь, когда он сам...
5. Автобиографическая заметка
Входимость: 5. Размер: 30кб.
Часть текста: Николаевичем, мать — Людмилой Александровной (в девичестве Чубаровой). О роде Буниных я кое-что знаю. Род этот дал замечательную женщину начала прошлого века, поэтессу А. П. Бунину, и поэта В. А. Жуковского (незаконного сына А. И. Бунина); в некотором родстве мы с братьями Киреевскими, Гротами, Юшковыми, Воейковыми, Булгаковыми, Соймоновыми; о начале нашем в «Гербовнике дворянских родов» сказано, между прочим, следующее: «Род Буниных происходит от Симеона Бунковского, мужа знатного, выехавшего в XV в. из Польши к великому князю Василию Васильевичу. Правнук его Александр Лаврентьев сын Бунин Служил по Владимиру и убит под Казанью. Стольник Козьма Леонтьев Бунин жалован за службу и храбрость на поместья грамотой. Равным образом и другие многие Бунины служили воеводами и в иных чинах владели деревнями. Все сие доказывается бумагами Воронежского дворянского депутатского собрания о внесении рода Буниных в родословную книгу в VI часть, в число древнего дворянства…». Род (тоже древнедворянский) Чубаровых мне почти неведом. Знаю только, что Чубаровы — дворяне Костромской, Московской, Орловской и Тамбовской губерний и что были у деда и у отца матери имения в Орловском и Трубчевском уездах. Да и сами Чубаровы знали о себе, вероятно, не больше: с полным пренебрежением к сохранению свидетельств о родовых связях жили наши дворяне. Я же чуть не с отрочества был «вольнодумец», вполне равнодушный не только к своей голубой крови, но и к полной утрате всего того, что было связано с нею: исключительно поэтическими были мои юношеские, да и позднейшие «дворянские элегии», которых, кстати сказать, у меня гораздо меньше, чем видели некоторые мои критики, часто находившие черты личной жизни и личных чувств даже в тех моих писаниях, где почти ...

© 2000- NIV