Cлово "ГИППИУС"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  
1. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 8)
Входимость: 15.
2. Устами Буниных. 1921 г.
Входимость: 14.
3. Бунин И. А.: О Чехове. Часть первая. Глава V
Входимость: 11.
4. Заметки (о газете "Возрождение")
Входимость: 11.
5. Автобиографические заметки
Входимость: 9.
6. Адамович Георгий: Бунин. Воспоминания
Входимость: 8.
7. Устами Буниных. 1924 - 1925 гг.
Входимость: 8.
8. Галина Кузнецова. Грасский дневник
Входимость: 7.
9. Записная книжка (по поводу критики)
Входимость: 7.
10. Бунин И. А. - Ходасевичу В. Ф., Середина июня 1927 г.
Входимость: 5.
11. Устами Буниных. 1931 г.
Входимость: 4.
12. Устами Буниных. 1942 - 1943 гг.
Входимость: 4.
13. Адамович Г. В. - Бунину И. А., 26 октября 1930 г.
Входимость: 4.
14. Ходасевич В. Ф. - Бунину И. А., 19 октября 1928 г.
Входимость: 4.
15. "Своими путями"
Входимость: 4.
16. Устами Буниных. 1926 - 1928 гг.
Входимость: 4.
17. Заметки (о начале литературной деятельности и современниках)
Входимость: 4.
18. Муромцева-Бунина В. Н.: Жизнь Бунина. Глава четвертая
Входимость: 3.
19. Гиппиус З. Н.: Бесстрашная любовь
Входимость: 3.
20. Бунин И. А. - Адамовичу Г. В., 16 - 18 июля 1947 г.
Входимость: 3.
21. Устами Буниных. 1929 - 1930 гг.
Входимость: 3.
22. Дневники Бунина (1917)
Входимость: 3.
23. Бунин И. А. - Ходасевичу В. Ф., 3 декабря 1928 г.
Входимость: 3.
24. Дневники Бунина (1920-1921)
Входимость: 3.
25. Устами Буниных. 1922 - 1923 гг.
Входимость: 3.
26. Критика о Бунине
Входимость: 3.
27. Адамович Г. В. - Буниной В. Н., 24 ноября 1956 г.
Входимость: 2.
28. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 7)
Входимость: 2.
29. Тамарин А. А.: У академика Бунина. Беседа
Входимость: 2.
30. Гиппиус З. Н.: Тайна зеркала
Входимость: 2.
31. Бунин И. А. - Федорову А. М., 30 (17) января 1904 г.
Входимость: 2.
32. Ходасевич В. Ф. - Бунину И. А., 14 ноября 1927 г.
Входимость: 2.
33. Устами Буниных. 1881 - 1903 гг.
Входимость: 2.
34. Ходасевич В. Ф. и Берберова H. H. - Бунину И. А., Начало июня 1927 г.
Входимость: 2.
35. "Версты"
Входимость: 2.
36. Дневники Бунина (Примечания)
Входимость: 2.
37. Заметки (о литературе и современниках)
Входимость: 2.
38. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 3)
Входимость: 2.
39. Устами Буниных. Предисловие
Входимость: 2.
40. Из записей ("Рассказ моего гувернера о Гоголе... ")
Входимость: 2.
41. Бунин И. А. - Адамовичу Г. В., 18 ноября 1929 г.
Входимость: 2.
42. Бунин И. А. - Адамовичу Г. В., 29 декабря 1949 г.
Входимость: 2.
43. Устами Буниных. 1944 - 1948 гг.
Входимость: 2.
44. Устами Буниных. 1949 - 1953 гг.
Входимость: 2.
45. Бунин И. А. - Ходасевичу В. Ф., Начало апреля 1926 г.
Входимость: 2.
46. Устами Буниных. 1920 г.
Входимость: 2.
47. Дневники Бунина (1941)
Входимость: 1.
48. Бунин И. А.: О Чехове. Часть вторая. Глава I
Входимость: 1.
49. Бунин И. А. - Адамовичу Г. В., 7 февраля 1948 г.
Входимость: 1.
50. Бунин И. А. - Брюсову В. Я., 20 или 21 февраля 1901 г.
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. "Князь" - книга о Бунине Михаила Рощина (страница 8)
Входимость: 15. Размер: 77кб.
Часть текста: бабочек и мотыльков, прорываясь к жизни, они бились и друг о друга, литературные споры и сшибки обращались в житейские бытовые. Надо хоть отчасти показать на параллели Бунин - Мережковский, как по-разному, сообразно самим себе существовали и работали, взаимодействовали, дружили и грызлись, держали высоко честь или, напротив, утрачивали ее, разменивали. У В. В. Розанова есть среди статей одна, начало которой так и просится сразу в цитату: "В душе человека большой образованности, большой начитанности, наконец, многих переменившихся собственных переживаний всегда существует как бы склад идей, образов, точек зрения, сравнений, из которых в данную минуту он может выбрать любое, ему понадобившееся или ему в данный вечер или утро нравящееся, и, немного погрев его на сальной свечке, показать его перед людьми как пыл сердца, сегодняшний пыл... Читатели или слушающая публика всегда будут обмануты, не различая горячего от подогретого. Говорит человек громко и жестикулируя. Из начитанных сравнений он выдергивает одно, наиболее яркое, патетичное, и по узору этого сравнения лепит собственные слова, выходящие из вялой, полуумершей души. И вялая, полуумершая душа кажется горящею необыкновенно ярким и благородным пламенем..." Розанов рассказывает об одном из последних, еще дореволюционных, собраний религиозно-философского общества, душой и организатором которого много лет был Мережковский. Посвящено оно было обсуждению "Вех", знаменитой книги о русской интеллигенции и революции, составленной из статей Н. Бердяева, М. Гершензона, А. Изгоева, Б. Кистяковского, С. Франка, Н. Струве, тех русских философов, которые выступили против русской революции. Розанов: "От себя скажу, что это самая грустная и самая благородная книга, какая появлялась за последние годы (1909 г.). Книга, полная героизма и самоотречения. Кто знает Достоевского и помнит его "Бесов", тому я все объясню, сказав, что авторы "Вех" с поразительной подробностью и точностью повторили судьбу и...
2. Устами Буниных. 1921 г.
Входимость: 14. Размер: 88кб.
Часть текста: г. 1921 [Дневники В. H. за этот год перепечатаны на машинке. Привожу выдержки: ] 1 янв./19 дек. [...] За четверть часа до "басурманского" Нового года я заснула. В 12 часов пришло все семейство Куприных с шампанским. Потом пришел Кузьмин-Караваев 1 . Он рассказал, что раз был на заседании "Объединенных Земств и городов", и его поразили отчеты. [...] Отчет о типографии 350.000 франков - устроена она якобы для того, чтобы дать возможность работать беженцам, а работает там только 9 человек. [...] Скоро они удалились. Днем у нас долго сидел Мирский 2 . [...] Был Ландау. [...] Вечером у нас был Ельяшевич 3 . [...] Струве он считает одним из крупных людей нашего времени. Говорили о "Деловом комитете". Его формула: "Можно войти в деловой комитет только тем, кто сумеет накормить беженцев, не растратив имущества русского. А то распродадут весь флот и, если падут большевики, не на чем будет перевезти ничего из Крыма в Одессу". [...] 20 дек. / 2 янв. Ян проснулся поздно. Настроение у него тяжелое. Он сказал: "вот поправился, а зачем - неизвестно. Хуже жизни никогда не было". [...]...
3. Бунин И. А.: О Чехове. Часть первая. Глава V
Входимость: 11. Размер: 31кб.
Часть текста: одного умного полагается 1000 глупых, на одно умное слово приходится 1000 глупых, и эта тысяча заглушает. (Из записной книжки Чехова). Его заглушали долго. До "Мужиков", далеко не лучшей его вещи, большая публика охотно читала его; но для нее он был только занятный рассказчик, автор "Винта", "Жалобной книги"... Люди "идейные" интересовались им, в общем, мало: признавали его талантливость, но серьезно на него не смотрели, - помню, как некоторые из них искренно хохотали надо мной, юнцом, когда я осмеливался сравнивать его с Гаршиным, Короленко, а были и такие, которые говорили, что и читать-то никогда не станут человека, начавшего писать под именем Чехонте: "Нельзя представить себе, говорили они, чтобы Толстой или Тургенев решились заменить свое имя такой пошлой кличкой". Настоящая слава пришла к нему только с постановкой его пьес в Художественном театре. И, должно быть, это было для него не менее обидно, чем то, что только после "Мужиков" заговорили о нем: ведь и пьесы его далеко не лучшее из написанного им, а кроме того, это ведь значило, что внимание к нему привлек театр, то, что тысячу раз повторялось его имя на афишах, что запомнились: "22 несчастья", "глубокоуважаемый шкап", "человека забыли"...  * * * Долго иначе не называли его, как "хмурым" писателем, "певцом сумеречных настроений", "больным талантом", человеком, смотрящим на все безнадежно и равнодушно. Теперь гнут палку в другую сторону. "Чеховская нежность, грусть, теплота", "чеховская любовь к человеку"... Воображаю, что чувствовал бы он сам, читая про свою "нежность"! Еще более были бы противны ему "теплота", "грусть". Говоря о нем, даже талантливые люди берут неверный тон. Например, Елпатьевский: "встречал у Чехова людей добрых и мягких, нетребовательных и неповелительных, ...
4. Заметки (о газете "Возрождение")
Входимость: 11. Размер: 16кб.
Часть текста: органе определенного политического направления», то есть правого. И казалось, что левые действительно не далеки от истины: ведь, все-таки, «Возрождение» — не «Дни», все-таки, плохо верилось, что пора переименовать «Возрождение» в «Третий путь», раз туда только что вошел такой определенный правый, убежденный монархист, враг революции, как Н. Н. Львов, уже напечатавший в «Возрождении» две горячих хвалебных статьи памяти П. А. Столыпина, а на днях — свою монархическую речь, сказанную в Российском центральном объединении, которое он возглавляет вместе с А. О. Гукасовым. Но, меж тем, что же, все-таки, вышло? Вышло большое недоразумение. З. Н. Гиппиус напечатала в «Возрождении» (в пятницу 30 декабря) новую статью, в которой она неопровержимо доказала левым свою несостоятельность их подозрений. Она говорит, что если бы им серьезно предложить теперь вопрос, в чем они видят правизну «Возрождения» они, пожалуй, не сразу бы ответили. «Вот, если бы, говорит она, в газете была интервенция, Вождь, Ильин, Шульгин, Струве, тогда было бы другое. Но, ведь, теперь она ни Шульгина, ни Струве в себе не...
5. Автобиографические заметки
Входимость: 9. Размер: 78кб.
Часть текста: писательской жизни, были напечатаны мною лет пятнадцать тому назад в собрании моих сочинений, изданном в Берлине «Петрополисом». Дополняю их некоторыми новыми. Моя писательская жизнь началась довольно странно. Она началась, должно быть, в тот бесконечно давний день в нашей деревенской усадьбе в Орловской губернии, когда я, мальчик лет восьми, вдруг почувствовал горячее, беспокойное желание немедленно сочинить что-то вроде стихов или сказки, будучи внезапно поражен тем, на что случайно наткнулся в какой-то книжке с картинками: я увидал в ней картинку, изображавшую какие-то дикие горы, белый холст водопада и какого- то приземистого, толстого мужика, карлика с бабьим лицом, с раздутым горлом, то есть с зобом, стоявшего под водопадом с длинной палкой в руке, в небольшой шляпке, похожей на женскую, с торчащим сбоку птичьим пером, а под картинкой прочел подпись, поразившую меня своим последним словом, тогда еще, к счастью, неизвестном мне: «Встреча в горах с кретином». Кретин! Не будь этого необыкновенного слова, карлик с зобом, с бабьим лицом и в шляпке вроде женской показался бы мне, вероятно, только очень противным, и больше ничего. Но кретин? В этом слове мне почудилось что-то страшное, загадочное, даже как будто волшебное! И вот охватило меня вдруг поэтическим волнением. В тот день оно пропало даром, я не сочинил ни одной строчки, сколько ни старался сочинить. Но не был ли этот день все-таки каким-то началом моего писательства? Во всяком случае, можно подумать, будто некий пророческий знак был для меня в том, что наткнулся я в тот день на эту картинку, ибо во всей моей дальнейшей жизни пришлось мне иметь немало и своих собственных встреч с кретинами, на вид тоже довольно противными, хотя и без зоба, из коих некоторые, вовсе не будучи волшебными, были, однако, и впрямь странны, и особенно тогда, когда та или иная мера кретинизма сочеталась в них с...

© 2000- NIV