Бунин И. А. - Пащенко В. В., 17 мая 1891 г.

64. В. В. ПАЩЕНКО

17 мая 1891. Орел 

17 мая 91 г.

Прежде всего, зверочек, вот что: как же ты известишь меня, когда приедешь из Москвы1, и когда я увижу тебя в Ельце? Я поеду в Полтаву еще дня через четыре, пробуду там около двух недель, так что напиши мне в Полтаву: "Новое строение, дом Волошиновой, Юлию Алексеевичу Бунину для передачи мне". Напиши мне непременно и так, как я говорю.

Сегодня вечером я, должно быть, уезжаю из Орла. Был вчера в "Эрмитаже", смотрел оперетку "Принц Аррагонский"2, познакомился с Васильевым. Симпатичный мал<ый> и даже неглуп. Впрочем, в "Эрмитаже" мне было скучно: я уже не раз говорил тебе, как на меня действуют даже очень недалекие воспоминания. Так и вчера. Был я один, и просто сердце изныло; сидел на той скамеечке, где мы с тобою курили, и все вспоминал тебя, мою бесценную, дорогую девочку. "Пи-пи-пи"... Ох, Господи, как бы я расцеловал тебя! Голубеночек мой, не сиди долго в Москве. Я просто издохну от тоски...

Что же бумаги, как говорила, пришлешь? Должно быть, нет? Или вы тогда с Н<адеждой> А<лексеевной> передумали? Чего же ты не напишешь ей? Она сегодня опять идет со мной на почту, - видишь, она любит тебя и интересуется, что с тобою; напиши ей, пожалуйста.

А мне на Измалково напишешь?.. Сегодня я не спал всю ночь. Пришел из "Эрмитажа" во втором часу, потом сидел писал; только что лег - за Б<орисом> П<етровичем> приехал извозчик на пожар. Я поехал с ним. Пожар был в слободе, так что нам в конце Садовой улицы (там гора) пришлось переезжать через реку. Были еще предрассветные сумерки; от теплой воды шел пар, по садам (там их много) щелкали соловьи... просто прелесть. Часов в 5-ть мы вернулись и велели ставить самовар. Так и просидели до семи часов. Заснул я часов в восемь.

Да, я тебе и забыл написать - я получил письмо из Полтавы. Брат меня очень зовет приехать непременно переговорить со мною.

Ну что еще? Напиши мне, если можно будет, несколько раз с выставки, в Полтаву, буду там непременно. Еще раз умоляю тебя, зверочек, драгоценный мой, не поддаваться родительским влияниям. Неужели ты меня серьезно не любишь или не веришь. Н<адежда> А<лексеевна> как-то сказала, что ты, разговаривая с Е. Н., между прочим, заметила: "если И<вану> А<лексеевичу> нужно обладать мною, то из-за этого жениться не следует"? Что ж, в самом деле так думаешь? Скажи ты мне, ради Христа, откровенно, если думаешь, что мои слова о нравственности - фразы...

Прощай пока. Не поверишь, до чего жалко, что это последнее письмо к тебе до нашего свидания. Обнимаю тебя, деточка, так же горячо и любовно, как и в самые наши былые минуты. Поклонись Володе. Что Арсик - не уехал?

Бесконечно любящий и уважающий тебя Ив.

Примечания

Печатается по автографу: ИМЛИ ОР, ф. 3, оп. 3, No 11, л. 24--25.

Написано на бланке редакции газеты "Орловский вестник".

1 Имеется в виду предстоящая поездка В. В. Пащенко на французскую выставку, открывшуюся в Москве 13 мая 1891 г. на Ходынском поле.

2 Имеется в виду оперетта французского композитора А. Ш. Лекока (1832--1918) "Сердце и рука, или Принц Аррагонский".

© 2000- NIV