Бунин И. А. - Бунину Ю. А., 28 марта 1895 г.

205. Ю. А. БУНИНУ

28 марта 1895. Огневка

Ну что-то сейчас ничего не хочется писать. Весна плоха, хотя сегодня 28 марта (!) чудный день! Ошалел над Гайаватой - принялся за египетск<ую> работу, каждое слово ищу в лексиконе и ведь выходит смысл, сравниваю с перев<одом> Мих<аловского>1 и верно. Что же в "Посредник"2, Бога ради! Что ты замолчал? Что нового? Ради Бога, прошу тебя достать No "Полт<авских> вед<омостей>", где помещен был перевод Лисовск<ого>3 (ему только не говори про Гайавату). Сидим, по словам отца, как поросята Евгеньевны, в нужнике. Вот поддул-то!

Не присылала В<аря> за вещами4? Пришлешь работу? Где поселился? Что лавка5? Бога ради - пальто, сапоги и шапку! Умираю в шубе. Подробно обязательно пиши буквально обо всем - брось дьявольскую лень. Ну, прощай.

Твой И. Бунин.

<М. А. Бунина: > Милый и дорогой Юрочка!

Мы все, слава Богу, живы и здоровы и поздравляем тебя с предверием светло-Христова воскресения. Верочка пишет, что непременно приедет к празднику. Мама тебя крепко целует и все мы, конечно. Новостей нет никаких, писать больше нечего. Горячо любящая тебя твоя

Маша Бунина.

Примечания

Печатается по автографу: ОГЛМТ, ф. 14, No 955 оф.

Дата и место написания определены по содержанию и по связи с п. 204 и 206.

1 Михаловский Дмитрий Лаврентьевич (1828--1905) - поэт, переводчик. Неполный перевод Д. Л. Михаловского "Песни о Гайавате" печатался в журнале "Отечественные записки" в 1868--1869 годах, позднее вышел отдельно: Лонгфелло Г. Песнь о Гайавате / Пер. Д. Л. Михаловского. - М., 1878.

2 Бунин был связан обязательствами писать для этого издательства.

3 Перевод XII главы "Песни о Гайавате" был опубликован А. Н. Лисовским в "Полтавских губернских ведомостях" (1894. - 30 нояб. (No 92) под криптонимом "А. Л."). Позднее в этой газете было опубликовано еще два отрывка из "Песни о Гайавате" в переводе А. Н. Лисовского с подписью А. Л. В ЛН. (Т. 84, кн. 1. - С. 659--660) эти три отрывка ошибочно приписывались И. Бунину.

4 В недатированном письме, относящемся к этому времени, В. В. Пащенко писала Ю. А. Бунину: "Многоуважаемый Юлий Алексеевич! Вполне уверена, что Ив. Ал. уже успокоился под Вашим влиянием, а потому, если есть свободная минута, вышлите, пожалуйста, мои вещи <...> Все пошлите, пожалуйста, наложенным платежом. Я - Ваша должница на 15 рублей - 10 из них возьмите, пожалуйста, продав мой синий сундук со всем содержимым, за него жиды давали 10 рублей, а 5 рублей я Вам вышлю на той неделе. Простите, что затрудняю Вас этой ликвидацией, впрочем, если найдете неудобным, то пришлю деньгами, - как хотите. <...> Простите за все то неприятное, что принесла Вам, но что же было делать?!" (ОГЛМТ, ф. 17, No 3397/5 оф).

5 См. коммент. 6 к п. 179. Уехав из Полтавы в конце 1894 г., Бунин бросил книжную лавку, запутавшись в счетах, "несмотря на их малые размеры" (Собр. соч. (3). - Т. 6. - С. 69).

© 2000- NIV